Я вспомнила Валеру - накачанного молодца в кожаной жилетке на голое тело, которого самолично напоила водкой со снотворным. Противоречивый парень. Но, с другой стороны, какие противоречия? Боится хозяина, а душа болит за девчонок... Может, искренне приглашал латышскую журналистку, чтобы показать ей дом, а потом не мог ее отстоять перед хозяином. Или приглашал для себя лично, думая, что там видно будет, на месте разберется, но не вовремя приехал хозяин и забрал ее в общий гарем. Но ведь Гавнадий Павлович мог и скаутов посылать на поиски новых рабынь. От него всего можно было ожидать. Трудно сказать... Одно было ясно: Валеру все-таки мучила совесть. Поэтому он и факс отправил с завода, и меня к Лиле повел, потому что состояние банкирской дочки его здорово беспокоило...
Но что Валера делал на заводе? Эта мысль ударила меня, как током. Вроде там Гавнадию Павловичу ничего не принадлежало. Принадлежало Вахташе, Волошину... Или через подставных лиц?
Я спросила у Руты, не в курсе ли она, зачем Валера ездил на металлопрокатный завод, откуда был отправлен факс в Латвию. Она недоуменно посмотрела на меня и ответила, что вообще не представляет, откуда его отправляли: Валера просто пообещал это сделать, потому что чувствовал себя виноватым и хотел как-то помочь. Устроить ей побег он не решался.
- Молодец, что отправил, - сказала Рута, вздохнула и мечтательно посмотрела в окно.
Так, вздыхаем по Валере. А как же друг-спаситель Марис?
Рута спросила у меня, что стало с гаремом. Она плохо помнила, как мы ее оттуда вызволили, Я не стала вдаваться в детали, но сообщила, что, насколько мне известно, правоохранительные органы осиное гнездо разогнали. Рута стала слезно умолять меня выяснить, что произошло с Валерой. Она именно его считала своим спасителем, а не Мариса и не нас с дядей Сашей. Непонятно, зачем мы рисковали собой и провернули всю эту операцию. Можно подумать, мне это было нужно для развлечения.
Но Рута так слезно умоляла меня, что в моей душе что-то дрогнуло, и я набрала номер трубки Дяди Саши. Тот не совсем понял причины срочности в выяснении судьбы какого-то Валеры, но я настаивала. Никитин наконец, что называется, въехал в тему. Одно он сказал сразу же: все охранники, что служили на даче у Дубовицкого арестованы, кое-кто ранен, убитых нет. Лично про Валеру он сообщит позже. Рута высказала готовность вернуться в Питер и дать показания в пользу Валеры. Я передала ее пожелания дяде Саше. Вот Марис-то обрадуется.
Дядя Саша в свой следующий приезд рассказал, что именно Валера показал место захоронения Лили и вообще был на самом лучшем счету среди тех, кого взяли у Дубовицкого. За сотрудничество с правоохранительными органами и оказанную следствию помощь ему светило меньше других. Рута твердо решила в самое ближайшее время отправиться в Питер. Наше мнение с дядей Сашей по этому поводу совпадало, но мы даже не пытались ее отговаривать. Пусть связывается с Марисом и делает что хочет. В нашу компетенцию не входило ни сдерживать ее, ни подгонять. Хочет спасти своего Валерика - пусть спасает. Только после всего, что Марис для нее сделал... Ладно, это не моя головная боль.
Наконец-то хоть в этот свой приезд дядя Саша привез нам с Вахтангом Георгиевичем бутылку виски, о чем я его давно просила. Сливок у Винеты было в достатке. Мой любимый коктейль теперь будет немного скрашивать мне жизнь по вечерам. Чкадуа: от виски отказался, предпочитая вина и коньяки. Ну что ж, его дело. Мне больше достанется.
Никитин снова ночевал в гостинице только одну ночь и отбыл на утро. К моему удивлению, интерес к дяде Саше проявила одна из молдаванок, от которой он с трудом отвязался. Наверное, уже возраст дает о себе знать. Меня вообще поражали молдаванки: работают с утра до ночи, а сил и на мужиков хватает. Двое своих были задействованы. Вахтанга с Друвисом тоже быстро взяли в оборот. Те, правда, сами были не против. В особенности Вахташа, гордившийся своей мужской неотразимостью, и силой и обслуживавший свободных молдаванок по очереди. Вот ведь энергии у мужика! Одним словом - грузин. У Друвиса появилась постоянная партнерша. Кажется, молдаванки удивлялись, что я одна без мужчины. Но я уже для себя твердо решила, что с моим предыдущим никто сравниться все равно не сможет, а с остальными буду спать только в том случае, если это будет нужно для дела. Ни с Вахташей, ни с Друвисом этого не требовалось, так что я пребывала в состоянии воздержания, что меня вполне устраивало. И не только меня, но и всех, находившихся в сельской гостинице. Рута, по-моему, на мужиков смотреть не могла. Но по Валере страдала.
В тот день, когда дядя Саша в очередной раз уехал, после обеда у нашего пристанища притормoзил джип "сузуки" и из него вышли двое хорошо накачанных ребят прибалтийского типа. Это еще кто такие? Я не хотела бы их встретить на большой дороге.
Парни уверенно вошли в дом. Рута спала сном праведницы после очередного сеанса с Друвисом. Я быстро оделась, остатки моих вещей в спортивной сумке были наготове, вот только оружия у меня не было... На всякий случай я выскользнула из комнаты, на цыпочках проследовала в конец коридора и зашла в комнату двух молдаванок: двери в комнатах оставлялись незапертыми.
Периодически я выглядывала в щелочку, но на второй этаж никто не поднимался. Кто же эти молодцы? Я решила сходить вниз - в туалет на первом этаже.
Как ни в чем ни бывало я спустилась по лестнице и прислушалась. Голоса доносились из комнаты, отведенной Друвису, располагавшейся на первом этаже. Там он и жил, и занимался со мной и Рутой. Очередное занятие со мной планировалось через час, так что мне было рано совать к нему нос.
Я выглянула во двор и запомнила номер машины. чтобы потом сообщить дяде Саше, затем снова поднялась к себе. Сидеть на месте спокойно я не могла, поэтому решила разбудить Вахтанга, спящего в соседней комнате (его храп доносился сквозь тонкую перегородку).
Я зашла в так же незапертую комнату Чкадуа и почти все время отсутствующего дяди Саши и разбудила Вахтанга Георгиевича. Он внимательно выслушал мое сообщение, выглянул во двор, увидел крышу джипа, но, естественно, ничего конкретного предложить не смог, сказал только, что, наверное, стоит позвонить Никитину. Я считала, что дяде Саше звонить еще рано, это нужно делать только после того, как появится какая-то информация. Мы пришли к заключению, что мне следует в назначенное время пойти на занятие к Друвису, а там действовать по ситуации. Вахташа будет наготове и, если потребуется, придет мне на помощь.
- У вас есть оружие? - спросила я. - Хоть что-нибудь, что можно было бы использовать.
Я с тоской вспоминала арсенал, который был с собой у нашей компании, когда мы брали штурмом дачу Дубовицкого... Но в это путешествие, так как пришлось проходить таможню, мы ничего не взяли. У дяди Саши, конечно, что-то было припрятано, но его-то с нами не было.
- Только фамильный кинжал, - признался Вахтанг в ответ на мой вопрос, извлекая семейную реликвию рода Чкадуа.
Я посмотрела на нее, раскрыв рот.
- А как вы провезли его через таможню? - наконец выдавила я из себя.
Вахташа усмехнулся, заметив, что секрет фирмы - залог успеха, и что он с этим кинжалом никогда не расстается и уже успешно провозил его через множество границ. Как мило.
Наконец пришло время моей встречи с Друвисом. Вахтанг пожелал мне успеха, и я направилась вниз,
- Добрый день, Наташа, - расплылся при виде меня в улыбке психотерапевт. - Ты простишь меня, если мы отложим наши занятия на вечер? Или даже перенесем на завтра? Вот эти господа -мои постоянные клиенты. Специально из Риги приехали...
Господа с большой дороги вскочили на ноги, стали передо мной извиняться и объяснять, что без помощи доктора Аузинса им не обойтись. Ну просто никак. Я милостиво кивнула и удалилась.
Ребята говорили по-русски с сильным акцентом, а физиономии у них были такие, что их обладатели гораздо привычнее смотрелись бы, как я уже говорила, на большой дороге или у забора с кистенем, чем на приеме у психотерапевта. Хотя как знать, может, теперь и такие клиенты приходят к гипнологам? Веяния времени, мода, престиж... Но для себя я решила, что береженого Бог бережет и нам с Вахтангом Георгиевичем следует быть начеку.