Сергиенко уже собирался сунуть записку в щель, когда почувствовал там другую, из которой и узнал, что. заказали Водолея. Он решил, что это сделала я. О том, что видела Олега Николаевича Волошина, я не стала упоминать. Зачем давать присутствующим лишнюю информацию? Но для себя выводы уже сделала: чем-то этот самый Водолей не угодил Волошину.
Виталий Станиславович сообщил Водолею, что на него сделан заказ, тот направил людей на поиски меня и усилил охрану, но все равно ему ничего не помогло: пуля киллера попала прямо в левый глаз. Пуля все того же киллера, уложившего немало авторитетов и бизнесменов. Почерк был известен в городе. Сергиенко взял под свое крылышко осиротевшую братву и уже сам отправил дополнительные силы на мои поиски. Как оказалось, зря.
- А вы не рассматривали вариант, что я могу быть связной? - спросила я у Сергиенко.
- Тогда ты забрала бы записку, - пожал плечами Сергиенко.
В его словах была логика.
- А что вы все-таки намерены делать с теми, кто убил Нину и Валю? спросила я у Виталия Станиславовича.
Он помрачнел при упоминании о случившемся в Латвии, но твердо заявил:
- Они ответят. Я этого так не оставлю.
Сергиенко помолчал немного, потом посмотрел на Никитина и попросил:
- Я позвоню?
- Конечно, - ответил дядя Саша. Виталий Станиславович снова связался с Петербургом, чтобы выяснить, нашли ли третьего из тех, кто был в Латвии, а потом еще раз повторил, чтобы этих бойцов держали под замком до возвращения самого Сергиенко.
К большому сожалению Викинга, Блохе удалось сбежать. Как только дым начал рассеиваться, Блоха, едва придя в чувство, рванул из дома. Остальные бойцы не смогли его удержать. Может, не захотели. Дружок все-таки.
- Я все равно его найду, - заявил нам Викинг, вешая трубку. - Мои ребята должны знать, что я прощаю, а что простить не могу. То, что нельзя делать с моей дочерью... нельзя было делать, - поправился он, - этого нельзя делать и с другими женщинами.
Перед тем, как мы все разошлись по своим комнатам, Сергиенко высказал пожелание составить нам компанию в Греции и предложил своих бойцов. Он страстно желал поймать Гавнадия Павловича и рассчитаться с ним сполна. Готов был задействовать любые ресурсы и тратить неограниченные средства, чтобы отомстить за дочь.
- Но вы же заказали его киллеру? - воскликнула я. - А если он настолько хорош, как мне тут все говорят, то зачем ехать в Грецию?
- Киллер не станет гоняться за Дубовицким по земному шару, - заметил дядя Саша, к моему удивлению согласившийся принять Сергиенко в нашу компанию. Подождет возвращения на родину, а нам ждать некогда.
И куда это мы так спешим?
На следующий день в семнадцать пятнадцать по местному времени мы вылетели из Хельсинки в Афины. На борту самолета находились Вахтанг Георгиевич, Марис Шулманис, дядя Саша, Гунар с Мартыном, Виталий Станиславович Сергиенко со своими пятью бойцами и я. С визами помог Марис. Хорош журналист.
Глава 29
Сидя в самолете, я думала: "Зачем Олег Волошин заказал киллеру Водолея?" К сожалению, я мало знала о делах Волошина, еще меньше-о делах Водолея. Я стала вспоминать свою совместную жизнь с Олегом Николаевичем. Пожалуй, в последнее время он много пил, каждый день пил, а вначале этого не было. И все время стонал о том, что что-то перепутал. Но вот что? Я не прислушивалась особо, меня это как-то не волновало. Кажется, ему требовались деньги, большие деньги - он их искал. Может, он все-таки не проиграл, а продал меня Дубовицкому? Такой вариант тоже исключать было нельзя. Или долго играл, проигрался, думал, что отыграется и поставил на кон меня? Все могло быть. Идиотка, почему я не прислушивалась внимательно к тому, что говорил Олег?!
Я подумала, что следует позвонить его шоферу Павлу, и решила сделать это, как только мы окажемся на греческой земле.
Приземлившись, мы поехали в пригород Афин и разместились на трехэтажной вилле с бассейном, где места хватило всей нашей огромной компании. Несмотря на поздний час, я переоделась в купальник и направилась в бассейн, там можно было включить подсветку. Цивилизация!
Мужчины приняли горячительных напитков, которыми вилла была снабжена в достатке. Два огромных холодильника были забиты едой до предела. Мне поступило три интимных предложения, которые я отклонила, блюдя девическую честь. Претенденты особо не настаивали, наверное, были соответствующим образом накачаны начальством.
Я уже собиралась лечь спать, когда ко мне в дверь постучали. Еще один желающий?
Я открыла. На пороге стоял слегка подвыпивший Сергиенко.
- Что желаете? - поинтересовалась я, не пропуская его дальше порога.
- Поговорить, - заявил Викинг.
- А до завтра подождать нельзя?
- Уже завтра, - заявил он.
- До утра? - исправилась я.
За спиной Викинга мелькнул Вахганг Георгиевич.
- Наташа, тебя никто не обижает? - спросил Чкадуа.
- Я хотел с ней поговорить, - хмуро произнес Сергиенко.
- А при свидетелях? - уточнила я. Сергиенко махнул рукой и пригласил Вахташу также зайти ко мне в комнату. Я отступила в сторону, пропуская обоих. Когда мы расселись (они - в кресла, я-на кровать), я спросила:
- Ну? О чем будем говорить?
- О твоем предыдущем, - заявил Сергиенко.
Меня очень интересовало, что он намерен сказать. Оказалось, что весь путь до Афин он размышлял: кто и за что мог убить Сергея - и пришел к выводу, что это было сделано Водолеем. Не собственноручно, конечно, он просто нанял киллера. Не того, чьим посредником был Сережа, а другим.
- Почему? - уточнила я.
- Водолей заказывал нескольких человек через твоего Сергея. Бондарь слишком много знал, а Водолей очень не любил, когда кто-то получал о нем лишнюю информацию, - пояснил Викинг.
- А кто любит? - заметила я. Вахташа кивнул.
- А теперь я скажу, кто заказал Водолея. "Додумался, что ли? заинтересовалась я. - Любопытно, как он объяснит интерес Олега Николаевича".
Сергиенко высказал совсем другую версию: он считал, что Водолея заказал Дубовицкий. Причина: общий интерес к нефти, конкуренция, опять же теснота на рынке, где один из двух соперников - лишний.
- Но тогда каким образом он разместил заказ? - воскликнула я. - Как вы мне поясняли, это делается через могильную плиту Сергея Бондаря, а Дубовицкий в то время уже находился в Греции. По крайней мере, его не было в Петербурге.
- Через доверенное лицо, - ответил Сергиенко.
Все сходилось. Волошин был обязан Дубовицкому, поэтому он сделал то, что ему приказали.
При слове "нефть" оживился Вахташа. Я уловила интерес, мелькнувший в его глазах. Решил переходить с разлива своей бодяги на черное золото? Цистерны уже есть. Или до сих пор переживает, что не он первый сообразил иракскую нефть в обход санкций ООН продать? Никак не может успокоиться после статьи в латышской прессе? Ох, кто разберет нынешних бизнесменов?!
Мы еще немного побеседовали, и Вахтанг Георгиевич с Сергиенко покинули мою опочивальню.
На следующий день Чкадуа уехал куда-то с самого утра, за ним последовал Сергиенко со своими орлами, Марис с дядей Сашей заперлись в комнате Никитина, Гунар с Мартыном устроились у бассейна. Я решила, что могу спокойно позвонить в Петербург шоферу Волошина, Павлу, чтобы прояснить обстановку. Он как раз должен был уже доставить Олега Николаевича и, наверное, думал, чем бы себя занять. Если, конечно, там в корне не изменилась ситуация.
Павел был рад меня услышать, поинтересовался самочувствием. Я в ответ спросила про настроение. После обмена любезностями уточнила обстановку. Павел сообщил, что Дубовицкий в Греции (это уже не было для меня новостью). Волошин ходит сам не свой: сплошные проблемы, причем их количество постоянно нарастает, как снежный ком. Меня ищут какие-то люди. Напоследок Павел посоветовал мне быть осторожнее и в Россию в обозримом будущем не показываться.