Рамин словно онемел, и его покинули силы. Он стал похож на связанного, которого собираются заколоть, он не мог шевельнуть ни руками, ни ногами; от него осталось одно только имя. После того как разлука стала неминуемой, смерть показалась ему желанной. Но ему ничего другого не оставалось, как только бегство, и он встал и так быстро помчался, что глаз не мог за ним уследить. Выпутавшись из сети, он упал в яму. Он не мог радоваться, что спас себя, ибо с горечью вспоминал Вис, которую он покинул. Мигом осилил он высокую стену сада и ушел, спасшись от несчастий.
Вис осталась на том же месте и притворилась спящей. Она подложила руку под голову, трепещущее сердце наполняло кровью ее глаза. Шахиншах, застав ее в таком положении, стал ругать и толкать ногой. Но она не отзывалась, словно мертвая. Моабад приказал своим людям, пешим и конным, искать Рамина. Но его нигде не нашли. В саду не было никого, кроме птиц. Шахиншах схватил Вис за волосы, обнажил меч и так ей сказал:
— Скажи правду, каким способом ты сумела выйти из дворца? Ведь я накрепко закрыл двери и окна! Куда ты дела Рамина? Как ты не смогла хоть на одну ночь подчиниться и внять моим поучениям и наставлениям? Ты не птица, ты не див, и не колдунья, почему перед тобой бессильно железо? Нет никакой силы, чтобы удержать тебя. Разум так же далек от тебя, как небо. Ты обуреваема любовными желаниями, и они заполняют твою душу. Разум твой ничтожен, и тебе бесполезно использовать зрение и слух.
Притча. Для тебя поучение столь же ненужно, как для обессиленного жаждой пустой кувшин и для странника на суше — парус.
Когда я тебя поучаю мудрости, ты обезумеваешь. Вместо счастья я испытал только стыд и бесчестье. Тебя, как дьявола, пугает доброе имя, и если ты издалека завидишь правду, душа твоя не может с ней примириться и ты начинаешь вопить. Ты ранишь ножом чистые сердца и срамишь достойных. Назвать тебя дивом не решаюсь, ибо ты прекрасна; назвать ли тебя дьяволом? Но ведь его считают черным. Всех честных ты осрамила и обесславила. Я не видел женщины столь бесстыдной, как ты, и мужчины столь уступчивого, как я. Я потерял стыд из-за любви к тебе. Лишить тебя жизни будет справедливо, ибо душа твоя многих угнетает. Нет другого средства для твоего вразумления, как убить тебя этим мечом.
Шахиншах намеревался обезглавить ее, но она не столько боялась его меча, сколько страдала от разлуки с Рамином. Тут подошел к Моабаду его брат Зард и сказал ему следующее:
— Великий царь! Да умножит бог в радости дни твои!
Подумай только, какое горе постигнет тебя, если ты ее убьешь! Ты раз испытал разлуку с ней, и вспомни, что сталось с тобой, как тебе опротивел мир и как ты стал равнодушен к твоим войскам! Ты сам знаешь, сколько ты пролил слез. Не найти на земле другую женщину, которая соперничала бы с ней красотой; бог не создал еще ей подобной. Если убьешь ее, то будешь сокрушаться, и ничто уже тебе не поможет. Если тебе нравится цвет лица, какой ты приобрел, горюя, ты можешь опять его вернуть. Когда она была разлучена с тобой, — лишась рассудка, ты уподобился дикому козлу, бродящему по полям, или рыбе, плавающей в море. Не осталось места, где бы ты не побывал, тщетно разыскивая ее. Ты ныне забыл горести, которые претерпевал из-за любви к ней, а мы, рабы твои, сострадая тебе, были лишены всякой радости в жизни. Вспомни, как почитает тебя Шахро, вспомни, как любит и верно служит тебе Виро; вспомни о клятве, которую ты дал, призывая в свидетели бога и всех святых. Не будь клятвопреступником, ибо клятвопреступление не простится никому ни в той, ни в этой жизни. Если Вис раньше и грешила, теперь, несомненно, она невиновна Ты ведь видишь, она лежит одна в саду, и это не удивительно, ибо если бы с ней был кто-либо, то он не смог бы уйти из сада, обнесенного столь высокими стенами. Не вини невиновную. Ведь и железные двери были заперты. Если бы кто-нибудь был здесь этой ночью, он не смог бы от нас скрыться. Немыслимо, чтобы человек мог отсюда бесследно исчезнуть. Допроси ее, может быть, она сообщит тебе что-нибудь; узнай правду, а потом заставь ее сожалеть о своем проступке. Если же ты убьешь ее, неповинную, сам себе причинишь больше вреда!
Уговоры Зарда смягчили сердце Моабада. Он взял Вис за руку и повел ее домой, говоря так:
— Ты не дьявол и не див. Как же ты вышла из дворца и попала в сад? Ты ведь не колдунья?