И прибавила: — Я благодарю всех пассажиров за доверие.
— Анжелина, сколько времени потребуется, чтобы облететь каждый уголок Галактики, где существует хоть минимальная возможность обнаружить пригодную для жизни планету? — спросил Сэмюэл.
— Не более одной недели, капитан, — ответила Анжелина. — За это время мы облетим весь Млечный Путь. Вдобавок я составлю полную и подробную карту Галактики.
— Отлично, Анжелина! — радостно сказал Сэмюэл. — Друзья мои, тогда без промедления отправляемся в путь!
Все поддержали решение лидера, и «Оазис» начал полный облет Млечного Пути.
Черная дыра
Прошла неделя. Утром, когда Сэмюэл и его помощники обсуждали предстоящую на день работу, Анжелина произнесла:
— Капитан Смит, последний уголок галактики Млечный Путь был посещен и просканирован, ни одной планеты, пригодной для жизни людей, не обнаружено. Облет Галактики позволил составить ее полную и подробную карту.
— Это замечательно, Анжелина, — порадовался Сэмюэл. — Как говорится, нет худа без добра.
— Какие будут дальнейшие указания, капитан? — спросила Анжелина.
— Теперь, полагаю, мы можем отправиться в черную дыру? — спросил Сэмюэл.
— Да, капитан, теперь нас ничего не удерживает от этого опасного шага, — ответила Анжелина.
— Превосходно! — громко сказал довольный Сэмюэл Смит. — Тогда за дело! Анжелина, все готово для полета в черную дыру?
— Да, капитан, все готово, — отрапортовал компьютер.
— Взять курс на черную дыру! — скомандовал Сэмюэл Смит.
— Есть, капитан, — ответила Анжелина.
Спустя несколько минут она произнесла:
— Мистер Смит, перед нами черная дыра.
— Спроецируй изображение на экран, — попросил Сэмюэл.
— Сделано, капитан.
Все посмотрели на большие мониторы, но ничего не увидели. Не зря центр Галактики назвали черной дырой. Это было совершенно непроглядное пространство, черный цвет которого был настолько глубок, что вызывал у каждого чувство первобытного страха. Не нужно было даже представлять, как опасна черная дыра, так как она внушала такой ужас, что чудовищные образы сами собой рождались в воображении людей. Это поистине ужасающее место! Неизвестное настолько же, насколько черное и глубокое. Долго люди вглядывались в экраны мониторов, которые отражали лишь черноту, тяжелую и пугающую — оторвать взгляд было невозможно. Время шло, но молчание не прерывалось.
Наконец Анжелина сказала:
— Капитан Смит, какие будут приказания?
Взяв себя в руки, Сэмюэл Смит сказал:
— У нас нет выбора! Вперед и только вперед! Анжелина, направь «Оазис» прямо в эту черную бездну! Мы победим! Мы обязательно спасемся! Мы, несомненно, выживем!
В тот же миг Анжелина выполнила приказ. Менее чем через час «Оазис» должен был ворваться в бездну мглы и неизвестности. Отчаянным людям предстояло совершить дерзкий шаг навстречу неизведанному! Им оставался только один выход — рискнуть во имя единственного шанса на будущее.
Подобную ситуацию описывает древний логический закон — так называемый закон исключенного третьего. У пассажиров корабля, решившихся на путешествие сквозь черную дыру, были два исхода: либо спасение, либо гибель! Только так и никак иначе. С другой стороны, когда у человека есть выбор, то игра ва-банк представляется отчаянным риском: либо выигрываешь и срываешь куш, либо проигрываешь и остаешься ни с чем. В чем проявляется отчаянность и нерациональность при таких обстоятельствах? В том, что у человека есть выбор: забрать то, что есть, и не рисковать — или рискнуть и в результате проиграть или же выиграть. Капитан «Оазиса» Сэмюэл Смит оказался в совершенно иных обстоятельствах, а именно — у него не было выбора. Оставаться в галактике Млечный Путь было совершенно бессмысленно, поскольку планет, подходящих для колонизации их человеком, здесь не было. Это означало подписать смертный приговор всем пассажирам «Оазиса». Как же следовало поступить? Выход был только один — попытаться перелететь в другую галактику, воспользовавшись черной дырой в центре Млечного Пути как гиперпространственным межгалактическим тоннелем. Теоретически такой вариант представлялся возможным, и он был многократно рассчитан, но математические формулы не страшны и не опасны. Что же касается эксперимента, то он был чрезвычайно опасным. Но, несмотря на это, Сэмюэл Смит, понимая неотвратимость и оправданность данного решения и предстоящего прыжка, оставался невозмутимым.
Благородное лицо капитана было спокойным, Сэмюэл Смит не испытывал страха. Своим видом он воодушевил всех своих помощников. В этот решающий час каждый хотел быть со своей семьей. В опасный час, когда от тебя уже ничего не зависит, невозможно быть одному, хочется находиться рядом с людьми, особенно со своими родными, со своей семьей. Все вышли из центрального блока управления и отправились к своим семьям.