— Что еще ты контролируешь, помимо систем жизнеобеспечения? — продолжал интересоваться Сэмюэл.
— Помимо контроля над техническими узлами «Оазиса», благодаря которым осуществляется аэрация воздуха, подача и очистка воды и многое другое, я регулирую в частности также фотосинтез растений на борту корабля, слежу за животными.
— За какими животными, Анжелина?!! — с недоумением произнес Сэмюэл.
— На «Оазисе» есть несколько видов животных, мистер Смит. Коровы, свиньи, овцы, козы, лошади, ослы, а также птицы и рыбы.
Сэмюэл посмотрел на Викторию. Они мысленно воздали должное гению и предусмотрительности Гарри и Лилии Смит и Сергея Абрамяна.
Анжелина в подробностях рассказала об устройстве отсеков корабля и принципах кругооборота воздуха, воды и многое другое, что касалось систем жизнеобеспечения.
Удивлению, радости и гордости Сэмюэла и Виктории не было предела. Скрупулезная продуманность всех деталей и «мелочей», разработанных и воплощенных в жизнь Гарри Смитом и Сергеем Абрамяном, поражали воображение.
Помолчав, Сэмюэл спросил:
— Анжелина, а ты так же и за людьми следишь?
— Разумеется, мистер Смит.
Сэмюэлу стало немного не по себе. Человек вольный и свободолюбивый, выросший на больших просторах, он не мог даже подумать, что каждый его шаг будет кем-то контролироваться.
— Ты следишь за всеми и всегда?!! — проговорил он с оттенком угрозы в голосе.
— Да, мистер Смит, если отвечать на вопрос, слежу ли я за всеми. Нет — если ответить на вопрос, всегда ли я слежу за людьми. Мой контроль за людьми заключается лишь в регистрации сердцебиений и дыхания. Главное в этом — не пропустить угрозу для человека. Все остальное время я не контролирую людей. И выхожу на контакт, только если ко мне обращаются.
— Понятно. А ты знаешь, что такое Законы Азимова?
— Разумеется, мистер Смит. Это свод законов, которым подчиняются абсолютно все искусственные интеллекты. Законы эти незыблемы, их несоблюдение вызывает мгновенное разрушение любого искусственного разума, даже попытка их нарушения приводит к сбою в его функционировании.
После этих слов Анжелина процитировала все четыре Закона Азимова:
— Нулевой Закон: «Робот не может причинить вред человечеству или своим бездействием допустить, чтобы человечеству был причинен вред». Первый Закон: «Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред, если это не противоречит Нулевому Закону». Второй Закон: «Робот должен повиноваться приказам человека, если эти приказы не противоречат Нулевому и Первому Законам». Третий Закон: «Робот должен заботиться о собственной безопасности, если это не противоречит Нулевому, Первому и Второму Законам».
— Анжелина, а ты подчиняешься этим законам?
— Безусловно, мистер Смит. Я подчиняюсь Законам Азимова так же неукоснительно, как люди подчиняются… — на этих словах всегда знающая что сказать Анжелина запнулась.
— В чем дело, Анжелина? Почему ты остановилась? — последовали незамедлительные вопросы Сэмюэла.
— Прощу прощения, мистер Смит, мне не припомнилось ни единого закона, которому люди следуют так же неукоснительно, как Законам Азимова подчиняются обладатели искусственного интеллекта.
— Почему?
— У людей нет таких законов, которые беспрекословно соблюдались бы каждым человеком.
— Это плохо? — продолжал интересоваться Сэмюэл.
— Не знаю, мистер Смит, — ответил компьютер. — Мне не понять, как можно существовать, не будучи ограниченным совершенно ничем. Мне кажется, что это опасно.
— Почему ты считаешь свободу человека опасной?
— Мистер Смит, прошу простить меня, но разве не беззаконие и не чувство вседозволенности стали причиной гибели всего живого на Земле и, как следствие, того, что вам придется скитаться в космосе? — ответила Анжелина.
— Мне нечего тебе возразить, — с горечью сказал Сэмюэл. — Ты абсолютно права, к нашему стыду.
Сэмюэл подошел к Виктории, обнял ее и с некоторым облегчением сказал, обращаясь к компьютеру:
— Анжелина, мы верим тебе. Мы считаем тебя нашим другом и помощником.
— Благодарю вас, мистер и миссис Смит, — последовал ее ответ.
— Анжелина, — сказала Виктория, — предлагаю тебе обращаться к нам по имени и по-дружески, без всяких мистер и миссис. Ты не против?
— Я не против, Виктория, наоборот, только рада нашей дружбе. Мне очень приятно ваше доверие и ваше предложение.
— Вот и славно! Мы тоже очень рады нашей дружбе, Анжелина.