Все пассажиры составляли единый организм. Поначалу общение было несколько затруднительным, ввиду разнообразия национальностей. Но со временем все научились понимать друг друга, порой даже без слов, одного взгляда иногда хватало, чтобы быть понятым.
Если люди общаются как братья, как друзья, то не важно, на каких языках они говорят: они всегда поймут друг друга. Внимание и уважение к собеседнику, терпение и настойчивость в желании объяснить являются залогом любых отношений, когда один говорит или обучает, а другой слушает или обучается.
Учитель останется непонятым, а ученик глупым, когда первый проявляет пренебрежение, торопливость, непоследовательность, предвзятость, а второй — неуважение, небрежность, рассеянность и вседозволенность.
Тогда же, когда один желает объяснять, а другой внимать, первый всегда объяснит, а второй всегда поймет. Ведь у них, по сути, одна общая цель, но движутся они к ней противоположными путями.
Особых проблем с пониманием не возникало еще и потому, что некоторые языки были общими для представителей разных национальностей. Например, некогда многонациональную Россию населяли более ста сорока разных народностей, но все они владели русским языком. На испанском языке говорили жители почти всех стран Южной Америки, а также множества других стран по всей Земле, всего около шестидесяти. Некоторые пассажиры владели несколькими языками.
Таким образом, все шло гладко, сосуществовали пассажиры «Оазиса» дружно.
Сэмюэл и Виктория жили в любви и понимании. Они всегда были там, где требовалась помощь. Их ценили и уважали на борту «Оазиса».
Сэмюэл и Виктория ждали ребенка, появление на свет которого уже через месяц должно было осчастливить их. В ожидании этого чуда молодые супруги трудились как пчелки, украшая свою каюту. В этих приятных хлопотах, а также в посещениях своих соседей, у которых уже появились дети, проходили дни.
Что касается Сэмюэла, то он основную часть времени посвящал общению с Анжелиной и теоретическим расчетам на основании новых данных, которые получал компьютер корабля, исследуя физические свойства окружающего пространства и времени. Он трудился днями и ночами, используя эти данные, которые проливали свет на многие тайны, скрытые от ученых прежде, и уже известные науке сведения.
Необходимо было рассчитать, способен ли «Оазис» преодолевать миллиарды километров в секунду и более значительные расстояния. Это был важнейший вопрос, от ответа на который зависела жизнь пассажиров корабля. Если это окажется невозможным, то для людей все лишится смысла, так как корабль не сможет долететь до искомой планеты, которая, быть может, находится в одной из других галактик. Сэмюэл надеялся и верил, что «Оазис» может преодолевать расстояния со скоростью в тысячи и миллионы раз быстрее скорости света. Однако зависело это не только от того, выдержит ли его корпус такую нагрузку, но, в равной степени, и от того, возможна ли в принципе такая скорость. Если удастся преодолеть все преграды и корабль полетит невообразимо быстро, тогда у людей есть шанс попасть на планету с пригодными для жизни условиями, даже если она находится в миллионах, даже миллиардах световых лет от их теперешнего положения.
Как оказалось, физики и математики на корабле были, но ни один не мог помочь Сэмюэлу чем-то существенным, так как только он владел познаниями в физике элементарных частиц.
Однажды Сэмюэл собрал пассажиров в общем большом зале на первом этаже, а тех, кто нянчил в этот момент грудных малышей, попросил включить мониторы в их каютах. В эти минуты «Оазис» пролетал на небольшом по космическим меркам расстоянии от очень большой звезды. Сэмюэл предложил всем пассажирам полюбоваться этим зрелищем, и, когда все проявили бурное желание, он попросил Анжелину спроецировать изображение на экраны мониторов.
Когда все было сделано и взору пассажиров открылась картина ближайшего космоса, все ахнули. Такой могущественной красоты не видел еще никто!
На больших экранах высветилось изображение гигантского красно-оранжевого шара. На всей его видимой поверхности наблюдалось разнонаправленное вихревое движение огненных масс, извержения раскаленных газов, подымающихся в виде громадных языков, выступов — так называемые протуберанцы.
Несколько минут все сидели затаив дыхание, завороженные бесподобным зрелищем. Затем у многих на глазах появились слезы. Вид этого огненного шара воскресил в памяти трагедию Земли. Родная планета людей стала такой же горячей и безжизненной, как эта звезда.