– Что и такое может быть?
– Запросто. По моей статистике 95% авиакатастроф так и происходят. Кому-то надо убрать кого-то… как бы случайно. Людям и в голову не приходит, что можно подстроить катастрофу ради того, чтобы убрать одного единственного человека.
– Да ну! Не верю. Разве не проще его лично грохнуть? Кому надо так заморачиваться?
– Иногда не проще. Я бы посмотрел на того, кто меня на земле грохнуть попробует. А вот вместе с самолётом…
– Самолёт ведь всё равно об землю разбивается, а не об воздух! Пока ты в небе, ничего тебе не грозит… – неуверенно возразила Ева. Помолчав, не удержалась: – А другие пять?
– Что?
– Ну, ты говоришь: 95%, чтобы избавиться от человека, а остальные?
– Да просто от баловства… – он равнодушно махнул рукой. – Нечисти скучно, она и пакостит. Нет, ну, есть ещё механика и человеческая халатность… Но это единичные случаи. Без вмешательства такие вещи никогда не обходятся.
– Ты хочешь сказать, что какие-то долбанные скучающие эльфы способны за один присест угробить триста пассажиров? – ужаснулась Ева. – Но как?
– Жизнь не стоит на месте, милое дитя, – назидательно пояснил блондин. – Мир меняется. И не только мир физический, мир материальный... Они тоже меняются, приспосабливаются, эволюционируют. Появляются новые формы: гремлины, урбанусы, крысятники, лифтовые, балконники…
Ева фыркнула.
– Ничего забавного! – строго сказал Эрих.
– Лифтовые и балконники! Это звучит как лифтёры и срочно удирающие от мужа любовники… А гремлины – это те милахи, которых нельзя кормить после полуночи?
– Что тебя так смешит? Люди всегда называли нечисть, либо исходя из того, где она живёт, либо как вредит. И никого это не удивляло. Гремлины – это те милахи, по вине которых как раз и падают самолёты. А ещё сходят с рельс поезда, случаются аварии на дорогах, взрывы бытового газа и короткие замыкания. Они приспособились жить в любой механике, электронике и прочей рукотворной технике. По сути, они теперь наши самые близкие соседи. И повезёт ещё, если твой сосед окажется просто проказником. Ну, завяжет в узелок провода от наушников, или сотрёт в компе пару ценных файлов. А если попадётся по-настоящему озлобленный – не миновать беды.
Смеяться неожиданно расхотелось.
Эрих ловко обогнал идущую впереди фуру и невозмутимо продолжил:
– Что касается лифтовых и балконников… Меньшая пакость из возможных – застопорить лифт. А как насчёт травм, падений в шахту, приступов клаустрофобии? Про балконников отдельная история – 80% самоубийств, на самом деле убийства… Только убийц этих полиция никогда не найдёт.
– Как ты статистику любишь… – хмыкнула Ева, нервно передёрнув плечами. – А…
– Хватит вопросов! Узнаешь, когда придёт время, – оборвал резко Эрих. – Не отвлекай меня. В мотеле поговорим, если хочешь. Там хоть про дорогу думать не надо.
Значит, они снова будут ночевать в какой-нибудь придорожной гостинице. Это всё ещё напрягало. Хотя повода вроде бы не было.
Вчера, когда Эрих припарковался у какого-то «Оазиса» и заявил, что устал, и пора спать, Ева аж в лице сменилась. С одной стороны, он вроде сразу заявил, что она ему интересна лишь как экзотическая зверушка, с другой стороны, мужчины очень быстро забывают о том, что говорили, когда находятся с тобой в одной комнате ночью тет-а-тет. Блондин, конечно, далеко не урод, но к домогательствам с его стороны Ева совершенно не готова, не тянет её к этому «арийцу». Узнав, что номер у них один на двоих, Ева занервничала всерьёз. Но оказалось – напрасно…
Очутившись в номере, Эрих запер дверь, проделал ещё какие-то замысловатые махинации по всему периметру комнаты, после чего исчез в душе. Вернувшись, пожелал Еве спокойной ночи и тотчас завалился спать.
Она тоже отправилась в ванную, проторчала там довольно долго, боясь выходить, но не сидеть же до утра на унитазе. Вернулась, бросила короткий взгляд на своего попутчика – неужели спит?
Выключила свет и юркнула под одеяло на другую кровать. Некоторое время прислушивалась к тишине, его дыханию и редким звукам в глубине отеля.
Похоже, приставать к ней никто не собирался. Совсем. Даже обидно немного…
Неужели она настолько неинтересна?
«Ева, ты такая дура! – мысленно фыркнула она. – Спи давай!»
Утром он просто разбудил её, и они поехали дальше. На вторую ночь – картина повторилась. Эрих хоть и обещал разговоры в отеле, рухнул спать раньше, чем она успела заговорить. А третью ночь в гостинице проводить уже не пришлось. Вечером они прибыли на место.