Ева замолчала на время, потом продолжила, передёрнув плечами.
– Началась у нас совсем другая жизнь. Далёкая от весёлых студенческих загулов. Тайная. Мы стали регулярно ходить в церковь, молиться по утрам и вечерам. Но только это не избавило от напасти окончательно. Я думала, что просто нужно немного времени. Но всё растянулось на годы. И окончательно так и не прошло. Первое время я слышала голоса в своей голове. Они угрожали, требовали снова заняться спиритизмом. Но в церкви нам разъяснили, куда мы вляпались, и меня бы даже под дулом пистолета уже никто за блюдце не усадил. Батюшка запретил нам строго-настрого всё, что хоть как-то могло спровоцировать ухудшение ситуации. Я даже книги с гороскопами сожгла тогда. В церкви нас ломало и скручивало судорогой. Мерещилось всякое. Было жутко. Потом постепенно стало отпускать. В церковь уже заходили спокойно. Но голоса ещё слышались… Обещали отомстить венцом безбрачия и вечным одиночеством.
Ева вздохнула и зло усмехнулась. Под полнейшее безмолвие со стороны обоих мужчин.
– Дескать, не доставайтесь же вы никому! Ну, собственно, чем ещё молодых девок пугать? Отец Анатолий говорил, чтобы мы их не слушали. Но иногда думаю, что у них получилось. Никто из нас троих так и не вышел замуж. Всё как-то странно получалось. Вроде… знакомились, встречались, но отношения разваливались, едва начавшись. Может, конечно, не в этом дело. Сколько сейчас одиноких женщин в России… Но порой я думаю, что это действительно последствия нашей шалости. В остальном всё как-то устаканилось. Со временем мы почти научились жить нормальной жизнью. Общая тайна вместо того, чтобы объединить, развела нас в разные стороны. Наверное, мы стали друг другу живым укором. Как только слегка полегчало, стали всё меньше общаться с девчонками. А после учёбы они обе уехали из города. В церковь я со временем ходила всё реже. Но дома продолжала молиться. С годами как-то позабылась та кошмарная ночь. И вот меня угораздило в этом году на Байкал съездить…
– И что случилось на Байкале? – заинтересованно вскинул брови Эрих.
– На самом деле, ничего, – пожала плечами Ева. – Но в одном месте... Я не знаю, как объяснить… Я просто стояла, смотрела на Байкал. Рядом никого не было. И я словила такое чувство, как будто вообще никого нет. Нигде. Тишина такая. Как будто я куда-то выпала из реальности, из мира. Как будто вся эта красота вокруг нарисованная, нереальная. Словно я кино смотрю, со стороны. А сама где-то ещё, не там. И лёгким туманом подёрнуто всё вокруг. И сразу после этого голоса опять вернулись. Теперь они не замолкают. Не замолкали, вернее, – поправилась Чернова. Добавила, глядя на блондина: – Рядом с тобой они меня не трогают. Просто молчок, и всё.
Эрих на это ничего не ответил, посмотрел на Алекса.
– Что скажешь?
– Похоже, портал нашла. Сама, без помощи. Талант, однако, – пожал плечами парень. И добавил уже Еве, усмехнувшись невесело: – Думаю, Вита, твоё чувство – что ты «выпала из реальности», было не просто странным чувством.
– Фейри нашла тот самый «вход в Холмы», – кивнув, поддержал его Эрих.
***
– В каком смысле? – нахмурилась Ева. – Слушайте, вы можете разговаривать на человеческом языке? У меня скоро нервный срыв будет от всех этих загадок, недомолвок, намёков!
– Привыкай, подруга! У нас чертовски нервная служба, – весело ухмыльнулся Алекс.
– Не паясничай! – привычно одёрнул Эрих. – Извини, Ева! Мы не специально. Просто ты пока мало знаешь. А всё, что должна знать, в двух словах не расскажешь. Я постараюсь сейчас объяснить, как я вижу это всё.
Ева изо всех сил изобразила готовность слушать и внимать.
Блондин сцепил пальцы рук и начал назидательно:
– Я думаю, на Байкале ты действительно нашла портал. Опережая твой вопрос… Да, они существуют. Двери в Тонкий мир. Мы сами ими пользуемся. У нас даже есть специальное помещение – Портальная. Не смейся! Я серьёзно. Белов потом сводит, покажет. Различные сущности рождаются с умением ходить через такие «окна мироздания», а нам, людям, нужно приспосабливаться и создавать Портальные.