Вита
Марс Сафиуллин
Посвящается В. Р.
© Марс Сафиуллин, 2025
ISBN 978-5-0068-6019-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Эта повесть содержит сцены сексуального характера и не предназначена для лиц младше 18 лет.
Все персонажи, имена и события вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, именами и событиями случайны и не входили в замысел автора.
Часть I
1
Лежащая с Валентином женщина моложе его на двадцать пять лет.
Ему кажется, что недавно он спал с ровесницами.
Жизнь коротка. Как это будет по-латыни?
Валентин понимает, что не помнит имени женщины.
Неожиданная слабость памяти сродни ощущению, когда спросонья не возьмешь в толк, где ты.
Где он, Валентину ясно: в квартире для свиданий на Ленинском.
Сейчас ранний вечер среды.
Валентин спал с этой женщиной раз двадцать. В прошлом году час с ней обходился в тридцать тысяч, месяц назад стал стоить сорок. Сверху она держится дольше Валентина.
Ее сын хочет стать журналистом. Он успевает и по математике.
Валентин помнит всё, что знал об этой женщине, кроме имени.
— Тебе понравилось? — слышит он.
— Милая, ты восхитительна.
Во время чаепития — Валентин не забыл, что это их ритуал, — он находит в женщине знакомые черты: она картавит, любит пахлаву, пьет чай без сахара и без прихлебываний.
Без сахара, без прихлебываний, без имени.
У двери квартиры женщина говорит:
— Раньше ты не называл меня милой…
— Не только тебя.
Она улыбается и касается губами угла губ Валентина.
Валентин закрывает дверь. Он многих женщин называл милыми, например бывших жен. Валентин не считает себя мастером экспромтов.
Без экспромтов, без жены, без памяти.
Валентин вспоминает имена бывших жен: Тина, Аня, Инна. Тина — американка на пятнадцать лет моложе Валентина. Аня была матерью его детей, она умерла пятнадцать лет назад. Инна испытывала оргазм в позе наездницы, лаская себя рукой, и тогда ее ягодицы покрывались мурашками.
Валентин берет телефон. Приглашая женщину, он обратился к ней по имени. Ее зовут Елена — так же, как его дочь.
— То есть вы забыли имя после секса? — спрашивает через полтора часа психолог Валентина Пас. — А теперь помните, потому что посмотрели в телефоне?
— И не помню, что помнил имя. Знаю, что помнил, но не помню, что помнил.
— Вы высыпаетесь? Головой не ударялись?
— Высыпаюсь, не ударялся… если верно помню.
Валентин смотрит в окно за спиной психолога. Идет снег, светится надпись «Октябрь». На фасаде соседнего с «Октябрем» здания Валентину чудится вывеска «Мелодия». Несколько десятилетий назад Валентин покупал в «Мелодии» и у окрестных фарцовщиков рок-пластинки.
— Мы давно установили: ваше самосознание строится на том, что вы выглядите и чувствуете себя моложе сверстников, — говорит Пас. — Вы единственный мужчина ваших лет в Москве, который консультируется с психологом. Но с годами, извините за прямоту, всякое бывает. Я моложе вас и забыл массу вещей, в том числе имен. Я свое-то вспоминаю через раз, если речь о полном имени.
Валентин помнит, что вышедший из религиозной семьи Пас носит имя Пафнутий.
— Или вот я забыл, как зовут мою однокурсницу, которая арендовала этот офис до меня.
— Ада.
— О, и правда. Откуда вы знаете?
— На нашей первой сессии вы рассказывали, что это намоленное место. Вы упомянули, что тут работала ваша однокорытница.
— Я назвал ее имя?
— А я его запомнил. Оно редкое.
— В общем, Валентин, в шестьдесят… извините, в пятьдесят девять люди испытывают куда большие проблемы с памятью, чем неспособность по щелчку пальцев вспомнить имя ублажающей их профессионалки на тридцать лет моложе…
— На двадцать пять.
— В этом году вам шестьдесят. Вновь призываю выполнить старое домашнее задание. Составьте список людей и ощущений, которые для вас важны. Кстати, он может пригодиться и в случае проблем с памятью. В случае настоящих проблем, я имею в виду.
2
После сессии Валентин выходит на Новый Арбат.
Снегопад усиливается. Валентин сворачивает на Новинский, оттуда — на Композиторскую, открывает калитку, поднимает руку при виде привратника, заходит в подъезд, идет мимо портрета Владимира Набокова и поднимается на лифте.