Военачальник, взявший приступом Дэвград. Женщина, в семнадцать лет спасшая человеческую расу от вымирания. Планка, равняемая по их достижениям, была весьма высока.
Аврелий прикрыл глаза. Выругался. Среди глухих эпитетов Вита уловила «нарвался» и «наглый заика». Медик делала вид, что не слышит:
— Они выслеживали его или её годами. Оценивали, анализировали. Ожидали подходящего случая. Им нужна не смерть, не боль, не покорность. Им нужно всё без остатка. Весь нераскрытый потенциал. Вся жизнь. Вся верность.
— Зачем?
— Чтобы служить Ланке, разумеется.
Она пожала плечами, стараясь выглядеть более уверенной, чем чувствовала себя на самом деле. Точных данных о происходящем в подводных городах-ланах не существовало по определению. Самые свежие источники были вековой давности, и в большинстве своем они друг другу дружно противоречили. Но собственное мнение у Виты имелось.
Как имелись и причины оное составить.
— Керы отправляют продавших себя на подводные рубежи, посылают их в битвы вне нашего мира. На службе у новых хозяев пленники получают силу и вечность. Ланке совершенно не нужно, чтобы верность её легионов пошатнулась. Тьма, может, и нарушает своё слово, но только не в этом вопросе.
— Ха!
— Любое сомнение в законности контракта означает, что его можно оспорить. Не зафиксировано ни одного случая, когда керы допустили бы подобное. Ни одного. Если цена заплачена, она заплачена честно и сполна. У продавших свою судьбу нет дороги назад.
Тишина, опустившая после этих слов, была отчётливо… задумчивой. Вита обеспокоилась мимолётно, не подала ли она своему командующему лишних идей. Но нет. Сомнительно, чтобы тьма заинтересовалась Аврелием. Не тот у командующего интеллект. И дух не тот.
Трибун медленно сел. Откинулся на спинку стула.
— Значит, если в качестве платы Блазий потребовал прекращения эпидемии, болезни можно больше не опасаться?
Руфин Блазий! Ну конечно. Комендант Тира. Крепость являлась центральным звеном в цепи приграничных дозорных башен. Вита полагала, что именно поэтому, при сравнительно небольшом гарнизоне, командовать здесь поставили одного из семи трибунов V Легиона. А может, дело было не только в необходимости следить за границей, но и в желании убрать подальше чересчур активного нобиля.
Провались оно всё в тёмное море, она ведь действительно угадала. Почти угадала. Но мозаика всё равно не сходится. Слишком много недостающих камней…
— Медик, вам задали простой вопрос. И он точно в вашей компетенции!
— Я не могу ответить, — сухо признала Вита. — И это действительно не та битва, на которую стоит отправляться вслепую. Мы слишком мало знаем. А потому упускаем что-то очевидное. Выздоравливающие всё ещё в крепости? Мне нужно их осмотреть.
Трибун прищурился. Кожа его и волосы в живом сиянии магических сфер переливались сотнями оттенков. Удивительно как озолочённый волшебными красками Аврелий умудрялся столь демонстративно казаться человеком. Дело в строении костей. Массивная фигура, жёсткий подбородок и скулы, очень человеческие черты лица. И не допускающий и тени сомнения хищный взгляд. Тоже совершенно человеческий.
Кеол Ингвар пошевелился в дальнем углу. Прошуршало по полу древко копья, зашипела побеспокоенная змея. Трибун бросил взгляд в сторону своего несущего сигну:
— Пропустите её в крепость, но только её одну. Пусть окажет помощь выжившим. Как закончит, ко мне на доклад. Говорить о происходящем с кем-либо ещё запрещаю.
Командующий вновь взял в руки свиток, показывая, что разговор закончен. Ингвар поудобней перехватил сигну, небрежным движением ладони поймал плавающую в светильнике магическую сферу, подошёл к выходу. А Вита… Вита застыла, не сжимая кулаки и зубы, ни единым вздохом не выдавая внезапно нахлынувшей ярости.
Выжившие. В Тире все же были выжившие — и медиков к ним не пустили. В крепости явно требовалась помощь целителя, а Вита, вместо того чтобы спасать жизни, рылась в приходно-расходных книгах и сочиняла бесконечные судебные описи.
Если раньше у неё ещё были сомнения по поводу того, что стало причиной эпидемии, то теперь их почти не осталось.
Медик отвесила командующему вместо военного салюта низкий поклон. Развернувшись, в два шага достигла выхода из палатки. Несущий змей без слов поднял полог, пропуская её вперёд. Пока Вита стояла, до боли выпрямив спину и ловя губами холодный воздух, Ингвар отдал приказы начальнику караула. Над долиной опустилась ночь, безлунная и глухая.