Благородная Валерия, в редких случаях когда ей удавалось отпустить волосы, была чернокоса. Однако аквилифер явно говорил не об оттенке её кудрей.
— Медик, потише!
— У меня есть план.
— Да я уже понял. — Баяр, вопреки неторопливому тону, сам летел через три ступеньки. Взятое наперевес копьё ему в том совсем не мешало. — Надеюсь, в него не входит сломанная шея?
— Смотря чья!
Валерия Минора Вита обрушилась на заполненный легионерами двор, точно дэвир на оплот тьмы.
«Будь спокойна, будь ровна, будь… да провались оно всё в бездну! Нет времени на эту чушь!»
— Авл, — эхом метнулся меж стенами её голос. — Авл Корнелий!
И, не давая себе опомниться:
— Куда ты упрятал свой серпентарий? Мне нужна змея белого бреда! Срочно!
X
К счастью, редкая гадюка, на медицинском жаргоне именуемая «белой горячкой», в походный набор целителя Корнелия и правда входила. Ещё более к счастью, яд её обладал настолько специфическим действием, что прошлой ночью для борьбы с боевыми ранами он не понадобился. Гадюка была полна свежайшей отравы. Вита не могла не улыбнуться, глядя, как свиваются в корзине белые кольца.
— Она уже месяц не доена, — сказал Авл, закрывая крышку. — Яда хватит, чтобы свалить с ног полгарнизона. И характер у змеи соответствующий. Уверен, вы отлично сработаетесь.
Вита кивнула. Охватившее её лихорадочное возбуждение схлынуло, оставив после себя упрямую решимость. И страх. Не будем забывать о страхе.
Старый Квинт где-то достал для Валерии строгую чистую тунику и высокие, пересекающие икры ремнями сандалии. Вита тщательно оправила складки одежды. Взяла всё ещё влажный после стирки шарф, соорудила вокруг лишённой волос головы тюрбан.
— Позволь мне, — благородный Корнелий отбросил её руки в стороны. Снял с себя змею-фибулу тонкого чёрного металла. Обманчивая в своей простоте вещь сочетала строгую красоту и редкую силу.
— Авл, — попыталась возразить Вита. — Это твоя личная медицинская сигна.
— И поэтому я рассчитываю получить её назад, — он тщательно закрепил шарф, — в целости и сохранности.
Благодарная улыбка Виты вышла довольно кривой.
Походную малую аптечку — на левое бедро. Корзину со змеями — на правое плечо. Авл нагнулся, помогая ей закрепить ремни.
— Хочу еще раз повторить, — заявил он. — Твой план — безумие.
— Сама знаю, — со вздохом согласилась Вита. — Ты, кстати, мог бы вызваться занять моё место.
— Ха! Вот именно ради таких случаев ты у нас — медик в ранге прима. А у меня всего лишь самые высокие в провинции гонорары.
— Но ты мог хоть раз в жизни проявить благородство!
— Учитывая, что такой «раз» в жизни будет, скорее всего, последним, я не смею переходить дорогу обожаемому начальству.
Коллега похлопал её по лопаткам, проверяя крепления. И если руки его задержалась, в немой поддержке сжимая плечи, то Вита сделала вид, что это тоже часть ритуала.
— Не понимаю, каким образом я каждый раз оказываюсь в подобных ситуациях. Ведь каждый же раз, Авл! Почему всегда я?
— Ради чести своих благородных предков?
Полвека тому назад родители Валерии Миноры были в ужасе, когда их дочь в первый раз вошла в оцепленное карантином поселение. Дед даже пытался расторгнуть её ученический контракт. Император, впрочем, быстро положил этому конец. Целителей с таким талантом было слишком мало. Род Валериев оказался недостаточно влиятелен, чтобы отозвать дочь со службы. Тем более, она была младшей.
— Самодовольный ты мерзавец, Корнелий. Хоть и отменный врач.
Вита повела плечами, приноравливаясь к знакомому весу. Авл в последний раз сжал её руку. Шепнул:
— Боги с тобой. А если нет, то всегда остаётся тот спятивший кер. За твоими внуками я пригляжу, — и он неохотно отступил на шаг.
Медики вышли из-под навеса. Под пристальными, полными надежд и жажды взглядами направились к воротам.
— Слишком стара для таких авантюр, — пробормотала себе под нос Вита.
— Мы ровесники, — возмутился коллега. — Я, к твоему сведению, едва достиг расцвета своих сил. И цвести собираюсь долго.
На это оставалось лишь презрительно хмыкнуть.
У привратной башни их уже ожидал трибун со всей своей свитой. Убедить Аврелия согласиться с её предложением было первым, и едва ли не самым сомнительным этапом плана. В конце концов, в спор вынужден был вмешаться несущий орла. Баяр предложил дополнительные меры предосторожности. Увидев возможность получить для своей безнадёжной атаки хоть какие-то преимущества, трибун сдался. Вита подозревала, что её собственную миссию командующий рассматривал как отвлекающий манёвр. Оставалось надеяться, что более трезвые головы удержат его от поспешных действий.