— Нет, дядя Кириле, не делайте этого. У меня своя дорога в жизни, у них своя. Они останутся здесь и сами о себе позаботятся.
— В деревне жизнь нелегкая, здесь свои порядки. Если они собираются поселиться здесь, тогда вам придется завести скотину, запастись мукой, дровами, скотине нужен корм и многое другое.
— Дядя Кириле, деньги-то у нас есть, только не знаю, как все обустроить.
— Если есть деньги, все можно сделать. Ты соберись, и мы пойдем с тобой на рынок.
Закончив беседу с гостями, Вахтанг пригласил их в другую комнату, где женщины грелись, подсев к камину. Гости разинули рты от удивления, когда юноша представил им женщин — разного возраста и калибра. Мужчины пожали руки каждой из них и представились.
— Батони Кириле — председатель совета нашей деревни и мой близкий родственник. Если что будет нужно, обращайтесь прямо к нему. А батони Сико мой воспитатель и директор школы. Сейчас мы отправимся на хонский рынок.
В это время дверь приоткрыла Цуца. Живот у нее заметно выпятился, и лицо изменилось. Вахтанг поздоровался с ней, поцеловав в щеку.
— Цуца, останься с этими женщинами, поделись с ними опытом, они будут твоими соседками. Мы скоро вернемся.
К вечеру во дворе Вахтанга уже была гора дров и большое количество снопов сена, в хлеву — одна корова, одна коза и два барана, свинья с поросятами, куры-несушки, индейка. Словом, очаг Бахтадзе разгорелся и оживился.
Под вечер зашли Котэ с Беллой, приглашая их к себе на встречу Нового года. Вахтанг извинился и сказал:
— Новый год праздник семейный, и мне хотелось бы встретить его в своем доме. Кто знает, когда мне еще так посчастливится.
Пока Котэ беседовал с женщинами, Белла вывела Вахтанга в другую комнату, приложила палец к животу и сказала:
— Кажется, он твой, смотри, не проговорись. Если рожу раньше Цуцы, значит, точно от тебя, если на месяц позже, то от моего.
Гости разошлись по домам.
Новый год встретили весело, но к вину никто не прикоснулся. Софья Петровна предупредила:
— Я и здесь остаюсь первой женой и главой семьи. Знаю я их повадки. Стоит выпить стаканчик, как сорвемся все вместе, а потому пусть будут добры встретить Новый год без алкоголя. К тому же мы все скоро будем мамами, и, чтоб дети были здоровыми, придется следовать моим советам. Разве не так, Вахтанг?
— Конечно, так. Раз мы выбрали Софью старшей женой, то и здесь она будет главной. Ничего не изменилось, считайте, что мы по-прежнему в лагере и под руководством Софьи продолжаем работать, только без зарплаты. Сами должны себя содержать.
— Раз мы стали такими организованными, то, пока ты не смылся от нас в армию, батоно Вахтанг, вспомни, что сегодня понедельник, и будь добр выполнить свой долг, — напомнила Римма, и все рассмеялись.
Вскоре Вахтанга вызвали в военный комиссариат.
— Если пойдешь в армию до 15 января, — сказал комиссар, — останешься тут же, в Кутаиси, если же нет, не могу сказать, куда распределят. Так что решай.
— Конечно, сейчас!
Глава IV
Стране нужна своя стена
— Шесть часов, подъем! — грянул приказ.
Солдаты быстро оделись, умылись, потом их заставили бегать вокруг казармы, потом водили по площади, заставили петь до тех пор, пока песня не стала звучать звонко и бодро. Потом отвели в столовую.
У призывников не оказалось ложек, и они чувствовали себя за столом неловко. Вахтанг, умирая с голоду, не выдержал и стал есть руками. Дежурный офицер, лейтенант Пирцхалаишвили, заметил это.
— Уважаемые солдаты, вы, я вижу, не считаете нужным иметь при себе ложки.
— Товарищ лейтенант, с каких пор появилась необходимость в посреднике между ртом и руками? — поинтересовался Вахтанг.
— С тех пор, товарищ солдат, как появилось человечество, посланником Бога на земле служит священник; у партии политрук, у конституции — правительство, — потом он с улыбкой добавил: — Товарищи солдаты, дошло до того, что для напуганного СПИДом человечества посредником между мужчиной и женщиной оказался презерватив.
— Как выясняется, посредник необходим для всего, и поэтому мне ничто не помешает приобрести ложку.
— Это хорошо, что ты, товарищ солдат, принял такое решение. Как можно главную часть конструкции человеческого тела, а именно рот, лишить удовольствия комфортно, с помощью ложки принимать пищу. Это тоже, дорогие солдаты, особый кайф. Поэтому, «салаги», верьте старым воинам — более нужного и необходимого оружия в нашей части не существует.