Узнав в толпе на остановке вора, Гиви, пряча лицо, поднимался в автобус через передние двери. Вахтанг и Иван протискивались в задние, не сводя при этом глаз с вора. Как только вор начинал «работать», они подавали знак рукой Гиви, и он начинал продвигаться к ним.
Первая же операция закончилась успешно — они задержали симпатичного молодого человека, вытащившего из женской сумочки десять рублей. На другой же остановке его вывели и вошли с ним в первый же подъезд. Гиви обыскал парня, нашел еще одну десятку.
— У этого нищего нет денег, — объявил он и зарычал на вора: — И чего ты шаришь по чужим карманам?
— Были бы у меня деньги, не лез бы в чужие карманы, — последовал ответ.
— Этого дилетанта берем в отделение, — вынес приговор Гиви.
Пострадавшую попросили следовать за ними. Она отказалась.
— Из-за десяти рублей я в милицию не обращусь, — заявила она, но свои координаты тем не менее оставила. Молодой воришка был доставлен в отделение.
— Дармовое дело, — отметил Гиви, когда они вышли на улицу, — но нам зачтется. Впрочем, его тут же выпустят на поруки.
Они подошли к троллейбусной остановке. Народу на ней было немного, зато подошедший транспорт оказался переполненным. Гиви узнал вора и дал ребятам знак. Те последовали за ним. Парень тем временем мастерски открыл сумку женщины, увлеченно беседующей со своей приятельницей, вынул оттуда бумажник и быстро сунул его в карман. Тихо закрыл сумку так, что женщина ничего не заметила, и спокойно направился к выходу. Гиви уже поджидал его на выходе. Женщину также попросили выйти из троллейбуса. Она сразу же узнала свой бумажник и потребовала вернуть его.
— Это вещественное доказательство, — вырвалось у Ивана, — мы не можем вернуть его.
— Тогда я не выйду! — вскипела женщина. Народ в троллейбусе загалдел. Вора вывели, а Иван поехал с женщиной, чтобы записать ее адрес.
Вора снова завели в подъезд, открыли бумажник. В нем оказалось пятьдесят рублей. Затем парня обыскали, и в небольшом переднем кармане брюк обнаружили пятьсот рублей. Гиви переложил их в свой карман, потом повернулся к Вахтангу, явно давая вору возможность убежать. Вор не стал раздумывать, рванул к двери и был таков. Вахтанг хотел было догнать его, но Гиви остановил напарника.
— Брось, — сказал он, — все равно ты его не догонишь, да черт с ним.
Тем временем подошел Иван.
— Ну что, сбежал? — спросил он, улыбаясь.
— Сбежал, Ванечка, сбежал, — рассмеялся Гиви, вынимая из кармана деньги. — Вот, ребята, пятьсот рублей. Из них пятьдесят — на ресторан, пятьдесят нашему начальнику. Остается четыреста. Сто Ивану, сто Вахтангу и двести мне, как главному в группе и вашему руководителю. Кто-нибудь против?
Никто не проронил ни слова. Вахтанг хотел было отказаться от своей доли — он был уже приучен к гораздо большим суммам, но ничего не сказал.
— Что делать с кошельком? — поинтересовался он.
— Кошелек сдадим в городскую милицию, составим акт, заявим, что пострадавшая отказалась выйти из троллейбуса, а народ заступился за вора, и он, воспользовавшись этим, сбежал. Захочет пострадавшая вернуть кошелек, пусть обращается в городскую милицию.
— А нам ничего не скажут, почему мы упустили вора?
— А почему, ты думаешь, начальник получает свою долю? И потом, если пострадавшая не подтвердит, что ее обворовали, из этого дела ничего не выйдет. Собачья работа, — признался Гиви.
— Каков улов карманников в среднем? — поинтересовался Вахтанг.
— Почти никакой. Они, как и мы, зарабатывают на хлеб насущный, — засмеялся Гиви.
Они вошли в ресторан. Официант тут же узнал Гиви и проводил их в отдельный кабинет.
— Две бутылки «Русской» водки, — стал заказывать Гиви, — три порции хашламы, три кабаба, три порции свиного шашлыка и сосисок «Иверия». Приноси именно в такой последовательности. И еще шесть бутылок пива и один лаваш.
— А как насчет сыра, зелени, салата и пхали? — спросил Вахтанг.
— Терпеть не могу силоса. Сегодня поедим, как мне нравится. Не придется по душе, будете заказывать сами.
— Тамадой выберем Гиви, — сказал Иван и разлил водку по стаканам.
— Работа на сегодня сделана. Пьем, сколько можем, если понадобятся дополнительные расходы, я плачу из своей доли. Это наша первая встреча, поэтому выпьем за знакомство, за наше дело, которое не ценят по достоинству.
Все выпили молча.
— Действительно, сколько надо помучиться, чтобы сцапать вора. Еще более мучительно отдать его под суд. Работаешь, себя не жалея, глядишь, а он уже вышел на поруки или получил условно, и ты снова должен ловить его, а в результате — ноль, — взял слово Иван.