Виктор вытер слезы, поцеловал в щеку Абрама Михайловича и вышел. Священник вошел в спальню. Виктор упал в кресло, сын хотел что-то спросить, но промолчал. Дверь хлопнула. В комнату ворвался Фёдор Ефимович. Его сопровождали несколько врачей. Вид Федора была не блестящий. Волосы всклокочены, лицо в красных пятнах, на ногах тапочки. Небрит. В домашней одежде. Он напоминал полубезумного. Хотел броситься к Абраму, но Виктор остановил его.
- Там Священник. Не мешай. Абрам очень плох.
- Найду отравителя! Разорву гада! - Федор Ефимович был вне себя. Что Врачи говорят? Может, надежда есть? Вот привез профессоров, самых лучших... Может, выкарабкается Абраша?
Открылась дверь. Вышел пожилой священник.
- Умер.- Вздохнул он. - Царство ему небесное.
Один из профессоров подошел к Виктору, другой к Федору. Позвали сестер, врачи потребовали вколоть успокоительного обоим. Пощупали пульс, покачали головами. Померили давление. Священник прослезился.
- Ничего сделать было нельзя. Внутри все сожжено. Он держался из последних сил. Какого человека не стало! Не будет убийце прощения ни на том, ни на этом свете!
Сестры приступили к Виктору и Федору. Закатали рукава. Уколы... Уколы...
* * *
Похороны состоялись через три дня. Отпели покойника в соборе. Горожане пришли проститься с "Зеком-армянином". Абрама Михайловича уважал рабочий люд, чиновники боялись его, как огня.
- Как теперь жизнь пойдет? - Горевали люди.- Неужели все развалится, дел еще осталось - невпроворот. Приехал губернатор со свитой. Кладбище оцепили. Говорили речи. Многие плакали. Поминки. Все, как положено.
Федор Ефимович сказал Виктору, прощаясь.
- Приезжай в Москву, зайди ко мне, разговор есть.
- Как мне Вас найти?
- Остановись в гостинице. Тебя найдут и привезут ко мне. Все.
И он уехал.
Виктор с сыном отбыли в Брянск. Вся родня пыталась заставить отца съесть хоть что-нибудь. Виктор выглядел постаревшим, глаза запали, дышал трудно. Максим в волнении совал отцу минералку, подносил еду, набранную в ложку.
- Батя! - Канючил он. - Ты что, тоже умирать собрался? Пожалей родню свою. Как без тебя жить будем, подумайте, батя... Перестань переживать. Ты же мужик, в конце концов... Батя!
* * *
Виктор искал убийцу с помощью милиции. Поиски пока ни к чему не привели. Подозревали мужа Оленьки - наркомана со стажем. Мотива не было. И доказательств тоже. И никто его не видел, когда пришел в офис, когда ушел. Оленька пока сидела арестованной в милиции. И под залог ее не выпустили. Сидела она в камере-одиночке. Приехал какой-то высокий милицейский чин из Москвы и приставил охрану к камере. Виктору сказал:
- Пусть посидит пока. Никто ее не подозревает. Однако, замочить могут. Так что ей тут спокойнее будет. Сына Оленьки Виктор забрал к себе домой. Иванка обрадовался. Появился ровесник. Они играли в шумные игры вместе с Рексом. Бегали играть во двор, не замечая, что их охраняют.
- Ты, Виктор, не переживай. - Сказал милицейский чин. - Поиски убийцы ведет ФСБ. Мужа Ольги я отправил в Москву на допрос. Если виноват, расколется, как миленький.
Виктор сумел выехать в Москву через месяц после смерти шефа. Едва в больницу не загремел, но когда ему сказали, что будут кормить принудительно, взял себя в руки и с трудом оклемался. Стал нормально спать без снотворного. Съездил с сыном в Сересток, остановился у Матвея, вместе с пастухом пас коров и коз, учил местного пастуха премудростям, как поступать, чтобы скот его слушался. Спал днем на травке, а скот располагался недалеко от него и тоже залегал отдыхать. Потом с местным пастухом варили обед на костре вместе с сыном. Виктор поздоровел, загорел, отдохнул. Матвей отдал приказ, чтобы мужики и бабы к нему не приставали.
Наконец, решили с Максимом, что пора ехать в Москву к Федору Ефимовичу. Поехали на машине. За пять с половиной часов добрались до Москвы. Долго стояли в пробках, потом нашли недорогую гостиницу и поселились в ней.
А накануне в Брянск приехал нотариус и явился к Виктору на квартиру. Нотариус, пожилой человек в черном дорогом костюме, ухоженный, излучал доброжелательность и умиротворенность. В присутствии всей семьи зачитал завещание. Говорил густым басом, уважительно, четко. Женщины слушали, открыв рот, с трудом верили, что простой крестьянин, когда-то сильно пьющий, стал олигархом. А сыновья и раньше были в курсе. Все чинно сидели вокруг стола, и даже Рекс не лаял, а спокойно лежал у ног Виктора. Нотариуса накормили и отпустили с Богом.
- И Вам, уважаемый Виктор Емельянович, - сказал потихоньку нотариус, прощаясь. - Надо составить завещание. А то мало ли что. Вам теперь, как богатому человеку, надо составить не только завещание, но и брачный контракт. Поверьте мне, навидался я всякого, как родственники после смерти завещателя становились врагами, рвали деньги и собственность друг у друга. А вот жены - это вообще стервы, не приведи Господь.
- Подумаю. - Сказал Виктор и засмеялся.
- О, Господи! - Думал Виктор,- не успел на главного инженера выучиться, новая напасть! Ну, какой из меня олигарх? Эх, Абрам Михайлович! Подкинул ты мне заботушку... Как такими деньжищами распоряжаться... Как людьми руководить? Как строить дома в Подмосковье? Ведь ничего не знаю, не умею... С чиновниками разговоры вести, какой ужаснейший кошмар! Надо, наверное, взятки давать, а как их давать, я лучше в рожу дам, чем взятку. Подсудное это дело. А документы всякие! Опять же, сколько рабочих надо нанять, чтобы дома высоченные строить? Подъемные краны и многое другое... А проектная документация? И враги шефа теперь ко мне перейдут... И кто враг, кто друг, как понять? Охрана мощная нужна, это тебе не стройка одного среднего завода, не пара парней, а, наверное, целый полк нужен. И детей с женой охранять надо и внучонка! Не осрамиться бы, не растратить деньги без толку... Не обманули бы, неопытный я в таких делах. Люди нужны честные, знающие. А где их взять? А знающие сразу поймут, что я лопух из лопухов. И уважения не будет ни от кого. О, Господи! И наш городок без присмотра оставить нельзя, а то лихие люди разгуляются, все, что Абрам сотворил, разорвут и похерят.
Такие мысли не оставляли Виктора ни днем, ни ночью.
- Вот, приехали мы с Максимом в Москву... Как будто у Федора дел мало, а я ему, выходит, навязываюсь со своими проблемами.
- О чем ты все время думаешь? - Спросил Максим, изучая меню.
Они с отцом пришли в ресторан при гостинице пообедать.
- Странные какие-то названия у кушаний. Не поймешь, что заказывать на обед. Может ты, батя, подскажешь, олигарх ты наш?
- Цыц! Ишь волю взял отца обзывать. Какой я тебе олигарх? А вы кто, сыновья мои? Прорабы... - Издевательским тоном заявил Виктор.- Пойдете учиться, я за вас возьмусь всерьез. Не поздно еще. Одного в Школу Экономики отправлю, другого - на инженера учиться. Инженеров теперь не хватает. Извели их напрочь, мне шеф говорил. Вы подумайте с Сережкой, как я один справлюсь с такой прорвой деньжищ? Кто мне поможет, как не вы, бригадиры е.... е?
- Батя, ты что с ума сошел так орать, да еще с матом? - Испугался Максим. - В приличном же месте сидим... Вот, официант к нам уже направляется, а мы ничего не выбрали еще...
- Вот что, любезный, - обратился Виктор к склонившемуся к ним официанту. - Неси нам нормальный обед для русских мужиков.
- Спиртное, какое будете брать? Есть коньяк выдержанный армянский, водочка высококачественная, вина разные..., коктейли...
- Сто грамм водки для молодого. Мне пить нельзя. Ясно?