- Да, и скажи им, - добавил Олег в конце. - Скажи, что если они хотят быть полезными в городе, то им придется учить язык и всем без исключения уметь наводить гипноз на людей.
Слуга тут же передал нужный образ. Компания безликих довольно издала шипящие звуки, пропадая в темноте.
- Они уже начали работать над этим. И попросили оплатить их службу лишь одним. Помимо Алисы, поселение орагов желает заполучить в свое владение деревню Тверка Лоу. У них там свои счёты с местными.
Олег отмахнулся.
- Они получат все, как только выполнят задание и смогут общаться со мной словами, а не мыслями. А деревня Тверка им достанется, как только я избавлюсь от соперника. Правитель будет нужен мне недолго. Как только появится Кларк Мейсон мы начнем действовать. А когда мы улетим, они могут хоть весь город сожрать, мне все равно.
Олег запрыгнул на коня и развернув его направился в сторону лагеря, расположенного в паре километров от места встречи. До Гранд-сити было два дня езды. Олег сильно рисковал, оставив замок, ведь группа поисковиков могла вернуться в любое время. К тому же отношения с Дивониксом ухудшились настолько, что доверять ему он больше не мог. Тот опять запал, увлекшись Алисой не на шутку. Олег собирался лишить его возможности быть с ней при нем, да ещё и взять ее с собой на корабль. Он и самого девола не собирался уже брать на корабль, но как с ним разобраться ещё предстояло придумать, ведь орагам не удавалось на него подействовать. Разум прирожденного торгаша было не так-то просто затуманить и подмять.
Что ж, значит придется бить по больному. Придется перехитрить торговца и убрать его с дороги. Придется собрать экипаж корабля из плененных учёных и уродливых орагов. И отправиться покорять вселенную самому.
Глава 18. Гостья из прошлого
Уже на следующее утро я вновь встретилась с деволом. Как ни в чем не бывало Дивоникс зашёл в спальню рано утром и присоединился к завтраку, подставив второе кресло к небольшому столу. Служанка вжалась в стену возле двери, с широко распахнутыми глазами наблюдая за нами, а Правитель с удивлением ощупал спинку и игриво подмигнул мне.
- Ты тренируешься? Молодец. Хотел бы увидеть твои успехи. Покажешь после завтрака?
Я кивнула. Ощущение безвыходности оккупировало все мысли и мне было безразлично практически все что происходило вокруг.
- Я хочу прогуляться с тобой. Как и обещал, попробую развеять тебя пешей прогулкой по городу. Что скажешь?
Даже столь необычная новость почти не впечатлила меня. Это показалось странным. Как так, я могу выйти из замка, даже пойти в город, но не удивляюсь этому? Не чувствую волнения, не строю планы побега? Может ли это быть действием безликих? Хотя, как это возможно, ведь им запрещено в присутствии Дивоникса как-то влиять на меня. Или это он сам? И если так, то недолго ждать я и действительно сама к нему приду!
Думая об этом я внимательно посмотрела ему в глаза. Солнечные лучи делали их цвет совсем ярким, подобно янтарю или сапфиру, и это при том что свет солнца был синим. Дивоникс заметил мое замешательство и мельком глянув на проход наклонился и понизив голос спросил.
- Все в порядке?
- Нет. - Так же тихо ответила я. - Я задыхаюсь здесь.
Девол сжал мою ладонь и с теплом произнес.
- Осталось недолго. В лучшем случае несколько дней. Скоро мы будем далеко отсюда...
На прогулку мы все же пошли не одни. Удивительно было бы Правителю идти в люди без охраны. И ещё удивительнее было вести меня туда без надзора орагов. И хоть влиять на меня они не имели права, но все же девол пригласил двоих с собой, на случай, видимо, если я решу сбежать. Это укололо мою уверенность и самооценку, Дивоникс не доверял мне так, как пытался это показать.
Таким образом за нами следом шло с пару десятков вооружённых людей, а по бокам шагали безликие в балахонах с капюшонами.
Стоило нам выйти на улицу, как люди начали расступаться в стороны, озираясь и перешёптываясь, пропуская нашу процессию и передавая остальным, что сам Правитель вышел на прогулку. Я держала девола за локоть, а тот гордо подняв подбородок вальяжно шагал вперёд. Так мы прошли до самой площади, на которой я встретила на себе немало знакомых и весьма обеспокоенных взглядов.