- Так сколько же ему лет? – спросил я, возобновляя беседу.
- Когда он обучал меня, ему было где-то около пятидесяти. Сейчас ему должно быть под девяносто.
- И как долго организм человека может прожить на крови декара?
- Зависит от качества крови. Чем старше декар и сильнее его кровь, тем дольше протянет ферг. В среднем до ста двадцати - ста пятидесяти лет.
- Что ты знаешь о мастере Ко? – продолжал выспрашивать я.
- Когда-то он был настоятелем в буддийском монастыре на Филиппинах. Не знаю, была ли у него семья. Мне известно только, что отец его был бедным рыбаком, а мать плела сети на продажу. – Отвечал мусорщик Грэхем, прихлёбывая со стакана. – А что, он тебе ничего не рассказывал о себе?
- Не рассказывал. Меня, впрочем, он тоже не расспрашивал. Что я вынес от мастера Ко, так это развёрнутую историю жизни Инь-Цзы, в суме с толстым сборником его цитат. – Отвечал я.
- Типично для него. – Ухмыльнулся Китон. – Джун Вей не любил разговоров, не несущих в себе поучительной морали. Сколько же ты учился у него?
- Чуть больше двух лет.
- Всего-то?! Неудивительно что твой стиль боя со стороны смотрится таким неуклюжим и сыроватым. Моему старому учителю нужно было подольше потрудиться над тобой. – Засмеялся Грэхем, поглаживая тонкие усики.
- Сколько же ты у него учился? – спросил я, недовольно наблюдая за тем, как самодовольный мусорщик скалит зубы, обнажая небольшие вытянутые клыки.
- Моё учение длилось восемь лет, пока я однажды не превзошёл Джун Вея. Я думаю, ты не упустил из вида его стеклянный глаз?
Я кивнул.
- В один из тренировочных боёв, моё лезвие оказалось быстрее его, и ослепило его левый глаз. Тогда мой старый учитель решил, что моя подготовка закончена, ведь ученик стал лучше учителя. – Отвечал Грэхем. Затем он положил руки на стол, и, наклонившись вперёд через стол, подвинулся ко мне. – Почему же Джун Вей недоучил тебя? Неужели ты не оправдал его ожиданий?
Я несколько секунд пожирал его глазами, понимая, что он намеренно провоцирует меня. Затем я перевёл взгляд на Инфанту, она, поёжившись, отрицательно покачала головой. Я нащупал на поясе рукоять ножа. В мгновение ока я достал его, и вонзил в стол возле пальцев наглого мусорщика. Столики вокруг нас заволновались, предвкушая хорошую драку. Моя напарница поднялась, и внушительно проговорила бармену, что всё хорошо.
Мусорщик с тонкими усиками хладнокровно осматривал нож, на рукояти которого имелись иероглифы.
- Это нож Джун Вея? – наконец спросил он.
- Да.
- Так значит… ты убил его?
- Да.
- Каким образом?
- Так закончилось моё обучение.
Китон Грэхем ещё около минуты внимательно смотрел на нож, затем перевёл взгляд на меня и рассмеялся.
- Вот как, стало быть, мой старый учитель тоже недооценил тебя. – Смеясь проговорил Китон.
- Возможно.
- Я могу посмотреть?
Я кивнул.
Грэхем не спеша вынул нож со стола, осмотрел его в обеих рука, а потом вернул мне.
- Когда-то я не мог угнаться за лезвием этого ножа. – Проговорил он. – Выпьем же за успокоение души Ко Джун Вея.
- За мастера Ко. – Заключил я.
Инфанта поддержала нас, и мы втроём выпили, осушив стаканы. Далее русло беседы перетекло в сторону действующей политики синдиката, и ближайших планов на операции корректировочной организации.
Я никогда не работал в паре с мусорщиков Грэхемом. Однако пересекаясь с ним на крупных делах, я с умеренным неудовольствием отмечал его профессионализм и безупречное выполнение работы.
Следующим о ком я желаю поведать читателю является Отто Майер. Отто – мусорщик магистра Вагнера. Из всех представителей корректировочной организации, чьих инициаторов я знал, Отто наиболее походил на своего наставника. Мусорщик Майер представлял собой двухметрового верзилу, скандинавской наружности, носил светло-русую бороду, и выбривал волосы на висках и затылке. Под нахмуренными объёмными бровями, проступал открытый взгляд мягких голубых глаз. Отто слыл доброжелательным здоровяком за общим столом в баре, и неистовым ужасающим медведем в схватке. Я лично видел, как при зачистке группировки бунтующих против синдиката грязнокровок, он голыми руками убил восьмерых. Причём одного из них, довольно крепкого, мусорщик Майер, в буквальном смысле, разорвал напополам.