— Хорошо, только без советников.
— Само собой, — ответил король.
Сцену осветили софиты, занавес открыли, и начался спектакль.
Я смотрела перед собой, но ничего не видела. Руки непроизвольно сминали подол, зажимая складки между пальцами. Приметив это, Дориан высвободил ткань, и успокаивающе погладил мои руки. Не помогло. Как только мужская рука исчезла, я начала сжимать пустые кулаки, до белых отметин.
Зачем я сюда пришла? Ведь было бы глупо считать, что чета Тариус не прибудет на премьеру королевского театра. Глупая!
— Ида, — вывел меня из ступора голос Валенсиса.
Я несколько раз моргнула, привыкая уже к неожиданно яркому свету.
— Дор, ты, что сделал с Идой? — рядом присел Барни.
— Ничего я с ней не делал, — резко сказал черный маг, — закрой ложу, желательно с другой стороны.
— Я хочу уйти, — прошептала я, намереваясь встать.
— Тебя спектакль не нравится?
— Какой спектакль?! — практически рычала я. — Я даже не знаю, что делают на сцене эти лицедеи. Или ты имеешь в виду тот спектакль, который сам и устроил?
— Ида…
Глаза обожгли предательские слезы, но я не выпускала их наружу.
— Хватит с меня, Дориан. Я могу сколько угодно изображать из себя потомка семьи Тариус, но я ей не являюсь. Более того, я рада, что не являюсь их… дочерью. Единственное, что я не могу понять, так это зачем тебе так поступать? Какую цель ты преследуешь?
— Я хочу тебе помочь.
— Помочь? И как же ты мне поможешь?
— Я заставлю их пожалеть о содеянном, Ида.
— Мне этого не нужно, — покачала я головой.
— Куколка, ты просто не знаешь всего… потерпи немного.
— Зачем ты представил меня своей невестой?
— А почему я не могу тебя так представить?
— Что за глупая привычка, отвечать вопросом на вопрос?
— Ты поступаешь так же, — парировал Валенсис.
— Ответь мне!
— Ида, ну что ты как маленькая? Я представил тебя как невесту, потому что считаю тебя своей невестой.
— Продолжай…
— Что ты хочешь услышать? — вздохнул Дориан. — Ты сама сказала, что быть моей любовницей не желаешь. С учетом наших близких отношений, есть только два варианта: либо ты моя любовница, либо ты моя невеста.
— В логике тебе не откажешь, — невесело усмехнулась я.
Вот ведь… черный маг. Набедокурил он, а виноватой чувствую себя я. Заставила бедного мужчину остепениться в глазах родных и знакомых, невестой обзавестись. А ради чего?
Смешно стало.
— Что ты так задорно улыбаешься?
— Ничего, — помотала я головой, и честно попыталась не рассмеяться.
— Я вижу, — буркнул Дор.
После нашего разговора я заметно расслабилась.
Театр… жаль я просмотрела спектакль. Хотя… вся жизнь наша театр, а мы его актеры, как говорил один великий человек. Кажется, мой спектакль я пропустить не смогу, играя акт за актом, без антракта.
Эх, даже стихами заговорила.
— Ты обворожительна, когда улыбаешься… — услышала я томный шепотом и моей щеки коснулись горячие губы мужчины.
— Расскажи мне, о чем была пьеса, — попросила я, наслаждаясь ощущениями.
— Ты же смотрела постановку.
— Я ее не видела.
— Ужасно… главное не говори это лицедеям, а то их хватит удар. Особенно старшего королевского лицедея.
— Все уже закончилось? — спросила я, подставляя губы для поцелуя.
— Нет, только первый акт. Всего их три.
— Три? — ужаснулась я.
— Да, куколка, — улыбнулся Дор, и уже собирался поцеловать меня, когда дверь открылась, и ложа начала заполняться нашими «культурными соседями».
Второй акт я честно пыталась посмотреть. Мало, что понимала, но старалась. Только все зря.
Действие прервали примерно на середине. Странный мужчина с ужасным гримом выбежал на сцену с дикими криками: «Украли! Помогите! Украли…Это все советник!».
Зал взбудоражился, испугался и поднялся гомон.
— Барни, выведи всех лишних из зала, — скомандовал король.
— В ложе всем остаться на своих местах, — подхватил мысль дяди племянник.
— Лицедеев на сцену, — выкрикнул король.
Когда зал опустел, а актеры собрались на сцене, выстроившись в линию, наступила гнетущая тишина. Первым разрушил тишину Дориан, он начал громко аплодировать.
Я смотрела на мужчина с немым изумлением. Пока к нему не присоединился король и Брауни.
— Браво, — выкрикнул Валенсис.
— Что тут происходит? — взвился советник Тариус, который минутой ранее бледнел и оглядывался.
Что это? Страх? Или нечто большее…
— Спектакль, — отозвался король.