Председатель Комитета министров и бывший министр финансов не усмотрел в действиях А. А. Абазы серьезного нарушения этических норм, поскольку эти действия были направлены к той же цели, что и действия министра финансов И. А. Вышнеградского — понижению курса рубля, что представлялось тогда важной государственной задачей. Вот если бы Абаза играл в противоположном направлении, тогда было бы совсем другое дело.
В те времена к спекуляциям не было такого однозначно негативного отношения, какое установилось в годы советской власти. Так, арбитражные сделки, нацеленные на выравнивание цен в отдаленных друг от друга местах продажи, рассматривались весьма положительно. Но спекуляции с целью искусственного возвышения цен в низменных интересах личного обогащения не одобрялись общественным мнением и преследовались государственной властью. Такая распространенная ныне фондовая операция, как составление фьючерсных контрактов (тогда она называлась срочной сделкой), многие годы находилась в Российской империи под запретом.
Министр финансов С. Ю. Витте имел ясные представления насчет того, какую спекуляцию считать вредной, а какую нет. В 1893 году по непонятным причинам на внутреннем рынке начали расти цены на сахар и сахарный песок. С разрешения императора Министерство финансов произвело крупную закупку песка за границей. С. Ю. Витте доложил императору о полном успехе предпринятых действий: «Мера эта, принятая в видах удержания цен на сахар, возвышавшихся не соответственно с условиями рынка, оказала желаемое действие, так как покупкой по 1 сентября сего года и обращением во внутреннюю торговлю около 1,7 млн пудов сахарного песка, цена за пуд сахара-сырца на станциях Юго-Западных железных дорог удерживалась на уровне около 5 руб. 10 коп. Операция эта, при расходе около 6,2 млн руб. и выручке за проданный сахар около 9,4 млн руб., в общем дала казне дохода около 3,2 млн руб., которые и подлежат причислению к таможенным сборам»70.
Немалый ущерб денежному хозяйству и государственному кредиту России приносила азартная игра на курсе бумажного рубля. Ее вели на Берлинской бирже многочисленные любители легкой наживы: «…„зайцы“, ходившие в отрепанных костюмах и чуть ли не в опорках, имевшие для задатка несколько сот рублей, тоже, вероятно, призанятых, выигрывали на антипатичном деле спекуляции на понижении русского рубля целые состояния, переоблачались в смокинги, в дорогие шубы, заводили собственные экипажи и лошадей. И обратно, люди, имевшие некоторое состояние, разъезжавшие в ландо на резиновых шинах, поневоле перешли на резиновые калоши. Фотографируя этих людей в разные фазы их биржевого счастья, можно было бы составить интересную и поучительную коллекцию жизненных и характерных портретов банковых игроков»71.
Борьбу с этим очевидным злом С. Ю. Витте повел настойчиво и энергично, используя весь арсенал доступных методов и средств. В январе 1893 года Министерство финансов обратилось ко всем российским акционерным коммерческим банкам с предупреждением: «Всякое содействие с их стороны такой, направленной в ущерб экономическим и финансовым интересам России, игре заграничных спекулянтов на курсе рубля признается несовместимым с данным сим учреждениям правом производить коммерческие операции и с той поддержкой, которой учреждения эти пользуются от правительства во всех их законных потребностях»72. Поток наличных рублей, направлявшихся из России на Берлинскую биржу, стал иссякать, а для контроля 29 марта 1893 года Министерство финансов обложило вывозимые рубли статистической пошлиной.
8 июня 1893 года высочайше утвержденным мнением Государственного совета все спекулятивные биржевые сделки (с премией, кратные, стеллажные и т. п.) с русской валютой, писанной на золото, запрещались.
В борьбе с валютной спекуляцией С. Ю. Витте отпраздновал первую победу. Вексельный курс на протяжении всего 1893 года стоял устойчиво. Почивать на лаврах министр финансов не собирался. Во всеподданнейшем докладе императору по проекту бюджета на 1894 год он сообщил: борьба с «…вредными спекуляциями составляла и будет впредь составлять одну из важнейших забот министерства»73. Ресурсы для этой цели в Государственном казначействе и Госбанке имелись в достаточном количестве.