Вообще-то, я Ртищев Никита Григорьевич девятнадцати лет от роду и инициацию прошёл год назад. Но к чему лишний раз светиться. Представился Дубининым, двадцати одного года, благо в артелях документами особо не заморачиваются. Матери сказал, что на лето отправился к однокашнику погостить. А сам в Покровск, наниматься в охотники.
В том, что найду работу, сомнений не было. А почему нет, если драться я умею, экипирован вполне сносно, да ещё владею боевыми рунами. Но Авдеев решил нанять меня боевиком. Согласно договора, если смогу проявить себя как артельный одарённый, то и плату получу соответствующую, если нет, тогда и заплатит он мне как воину. И даже чуть больше, если всё же найдётся применение моему дару и это окажется к месту.
Глупость со стороны многое повидавшего старшины? На первый взгляд так оно и есть. Но у него и впрямь был большой опыт охоты на тварей, и будучи простецом он способен удивить насмерть даже достаточно сильную тварь. Как впрочем и одарённого. К тому же, все в его люди имели защитные амулеты, чем могли похвастать лишь немногие артели. Ну и наконец, у него попросту не было выбора. Их штатный одарённый умудрился загреметь в острог. Так что, оставалось либо отправляться за стены только с алхимиком, из которого боевик так себе, либо нанимать меня…
— Ладно. Сделаем так. Пётр, со своей тройкой принимаете зелья. Лекарь, присоединяйся к Бекасу. Я к основному отряду. Движемся дальше в прежнем порядке.
Лекарь, это Басов, а Бекас, соответственно я. Не моё предложение. Аборигены уже давно используют прозвища в боевой обстановке. Я всего лишь вспомнил один из моих любимых фильмов про шпионов, и воспользовался погремухой якобы зека. И коль скоро в ход пошли прозвища, значит старшина решил воспринять мои опасения всерьёз.
Впрочем, поверил он в меня не безгранично. К гадалке не ходить, остальные члены артели принимать зелья не станут. Те дают усиление примерно на час, лучше Басову попросту не сварить из-за недостаточного таланта. А следующий приём не раньше двенадцати часов, иначе огребёшь проблемы. Если случится драка, идущие следом успеют принять дозу. Если я ошибся, то в артели останутся ещё семь простецов, способных вступить в бой под усилением…
Пётр подал знак своим напарникам и те потащили из подсумков склянки с зельями на силу, ловкость, быстроту и выносливость. Больше четырёх принимать нельзя. Иначе выйдет перебор и вместо улучшения, боец попросту сляжет и хорошо как без последствий. А то глядишь придётся ещё и к услугам лекаря прибегать.
Мы с Басовым зелья не принимали. Бесполезно. На одарённых они не действуют. В нашем распоряжении руны и рунные карты. У меня один кожаный кармашек закреплён на левом запястье, чтобы можно было использовать карты «Щита», привязанные к ранговому перстню. Слабая защита, но я предпочитаю использовать её. На мне есть амулет «Панцирь» с серьёзным зарядом, но глупо расходовать находящуюся в нём ману изображая из себе терминатора. У меня маленькое вместилище, и резерв ничуть не помешает.
Так что при мне есть и обычный щит, с несколькими рунными картами, закреплёнными на внутренней стороне и привязанными к нему. При активации, защита появляется поверх самого щита. Но тогда уж об использовании перстня нечего и думать, вместе они не работают. Но пока я его перехватывать не стал, оставив за спиной.
В руках оставил арбалет. К чему он мне, если я обладаю даром и могу использовать боевые рунные цепочки? Могу конечно. Вот только дальность моей атаки составляет всего лишь сорок пять шагов. Самострел же бьёт на сто двадцать, пробивая практически любой доспех.
Кроме него на поясе пристроились ножны с охотничьим ножом и тесаком с обратным изгибом клинка, утолщением в верхней трети, и колодой со «Стилетами» на гарде. Удобный, оборотистый, отличная форма для рубки, можно и колоть, а при нужде и фехтовать. В зарослях, тесном пространстве и ближнем бою куда предпочтительней мечей и сабель. Впрочем, это я уже свои хотелки вывожу в абсолют. Главное же, что на нём имеется цепочка привязки, и он совместим с картами, что в значительной степени увеличивает его боевую эффективность.
— Ну что, готов? — спросил у меня Авдеев.
— Как пионер, — кивнул я.
— Как кто? — не понял тот.
— Неважно.
— Ну-ну. С богом.
Напутствовав нас, сам он остался на месте, поджидая повозки в сопровождении остальных артельщиков, а мы двинулись дальше по дороге. Вернее, просёлку который по местным меркам является едва ли не трактом. Всё же одними лишь водными путями не обойтись. Есть городки да поселения, устроившиеся в безопасных местах, но добраться до них можно только по сухопутью. Ездят по ним редкие караваны, военные, княжеские да боярские патрули, которым в обязанность вменяют разную нечисть подчищать. Ну и охотничьи артели конечно же, куда же без нас.