— Не сегодня.
— Не сегодня, — согласился я.
Мы отползли с гребня, спустились на обратную сторону холма и пошли обратно. Кружным путём — не по дороге, а через лес, южнее, чтобы не пересекаться с возможными патрулями. Холод давил — мороз к ночи усилился, снег хрустел громче, и каждый выдох висел в воздухе белым облаком. Для нас это было терпимо — генмод поддерживал температуру тела, — но дискомфортно.
В город вошли через южные ворота — те были не заперты и не охранялись вовсе.
Дом Николая. Стук — условный. Дверь открыл Горан, с мечом в руке, молча. За ним — тепло, свет, запах еды. Тихон сидел за столом над картой, Фома и Лука — на лавках, дремали. Семён — у лежанки Николая, держал руки над его грудью. Слабое свечение целительского плетения — работал.
— Ну что? Узнали что-нибудь? — спросил Тихон.
Мы сели. Я разложил Гримуар, вывел карту — схематичную, с пометками.
— Шахта — на северном холме, в двух вёрстах от города, — начал я. — Вход один, главный, укреплённый. Охрана на входе — восемь: два Подмастерья и шесть Учеников, смена раз в восемь часов. За дверью — ещё пост. Посты на каждом ярусе. Сигнальная рунная сеть — полукругом, пятьдесят метров. Единственный удобный подход — с юга, по дороге. Перекрыт.
— Внутри — лаборатория, — продолжил Сергей. — Работает. Фонит магией — я чувствовал её за четыреста метров. Не просто Скверна — что-то активное, мощное. Почти наверняка у них там производство стимуляторов.
— Командует человек по прозвищу Ворон, — добавил я. — В чёрной железной маске. Маска — артефакт. Магический ранг Ворона — Мастер. При нём четверо Адептов, его ближний круг. Пятнадцать Подмастерьев — боевые, распределены по постам и сменам. Сорок Учеников — охрана, караулы, патрули. Пятеро наблюдателей в городе. Лаборанты — десять-двенадцать человек. Рабочие — около семидесяти. Итого в шахте — порядка ста тридцати человек, из которых шестьдесят — маги.
— Откуда подробности? — спросил Тихон.
— Поймали хвост. Подмастерье-наблюдатель с маскирующим артефактом. Наёмник, завербован в Калуге. Следил за нами с момента входа в город — стража доложила. Мы его перехватили за городом. Допросили. Отпустили.
— Отпустили, — повторил Тихон. Бровь поднялась. — Почему?
— Потому что это — единственный вариант, при котором мы выигрываем время, — ответил я. — Смотри. Вариант первый: убиваем или прячем. Кирилл не возвращается к полуночи. Ворон поднимает тревогу — немедленно. Он знает, что мы в городе, стража доложила. Два плюс два — и через час весь гарнизон шахты стоит на ушах. У нас — шесть часов, может меньше, прежде чем они придут сюда. К Николаю. К нам. С шестью десятками магов, включая четырёх Адептов.
— Вариант второй, — продолжил я. — Отпускаем. Кирилл возвращается вовремя, докладывает: «Священник с охраной, паломники, ничего интересного». Ворон успокаивается. Мы получаем сутки, может двое — время, которое нам нужно для разведки.
— А если он доложит правду? — спросил Тихон. — Что его перехватили и допросили?
— Тогда он подпишет себе приговор, — ответил Сергей. — Подумай: он — наблюдатель, единственная задача которого — следить незаметно. Его взяли, раскололи, и он выложил расположение шахты, численность охраны, имя командира. Что сделает Ворон с человеком, который провалил задание и сдал информацию? Ему в красках расписали, чем для него кончится признание провала. К тому же Макс ему денег пообещал за молчание.
— И ещё, — добавил я. — Мы не применяли ментальную магию. Никаких следов воздействия. Для Ворона — если Кирилл не проговорится сам — это просто ночной обход, который ничего не дал. Чистая легенда.
Тихон обдумал. Кивнул.
— Разумно. Что дальше?
— Завтра днём устроим обход холма с севера. Поищем вентиляционные туннели: если шахта трёхъярусная, они есть. Есть шанс, что эти проходы охрана не контролирует. Или контролирует слабее.
— А если не найдём?
— Тогда — лобовой вариант. Снимаем сигнальную сеть, выводим охрану, входим через главный вход. Но это — шум, риск, и Ворон узнает за секунды.
— Ворон, — задумчиво сказал Тихон. — Чёрная маска. Жёлтые глаза. Не серебряная маска — не главный. Но Даниилу это имя может сказать больше, чем нам.
— Связной амулет? — спросил Сергей.
— Одноразовый. Используем, когда будет что сказать — конкретное, с доказательствами. Пока — рано.
— Николай как? — спросил я, кивнув в сторону лежанки.
— Лучше, — ответил Семён, не отрываясь от работы. Руки его светились ровно, мягко. — Порчу снимаю по слоям. К утру будет в сознании. К завтрашнему вечеру — на ногах. Слабый, но на ногах.