Чёрная полумаска. Как у Ворона — но другая. Знак ранга внутри «Наследия»? Ворон носил железную — командир базы, Мастер. Этот — кожаную. Ниже рангом? Или другая ветвь, другая функция?
Вопросы потом. Сейчас — слушать.
— … партия готова, — говорил Дубровин. Голос — тихий, торопливый, с нотками человека, который хочет закончить неприятное дело как можно быстрее. — Двадцать флаконов. Больше я не смог провести — после Каменки проверки ужесточились. Караваны досматривают на выходе из города. Филарет… или кто-то из его людей… потребовал списки всех грузов за последние полгода.
— Филарет, — повторил масочник. Голос — низкий, ровный, без выражения. Как камень, по которому стекает вода. — Не Даниил?
— Даниил тоже. Но Филарет — отдельно. Они не координируют действия, насколько я могу судить. Филарет ведёт свою проверку, Даниил — свою.
Я мысленно отметил: Филарет ведёт собственную проверку. Значит — не крот? Или крот, который изображает активность, чтобы отвести подозрения? Слишком мало данных. Но информация ценная — передам Даниилу.
— Двадцать флаконов — недостаточно, — сказал масочник. — Совет ожидает сорок. После потери Каменки — потребность выросла. Новая лаборатория ещё не вышла на полную мощность.
Новая лаборатория. Я зафиксировал Гримуаром. Значит — Каменка была не единственной, и после её уничтожения они уже развернули замену. Быстро. Слишком быстро. Значит — резервная площадка существовала заранее, на случай потери основной.
— Сорок невозможно, — возразил Дубровин. — Не сейчас. Не с этими проверками. Если меня поймают—
— Тебя не поймают, — перебил масочник. — Если будешь делать то, что тебе говорят. Как делал последние восемь лет.
Восемь лет. Дубровин работает на «Наследие» восемь лет. Даниил знал его двадцать. Значит — первые двенадцать лет их знакомства Дубровин был чист. А потом — что-то изменилось. Что? Деньги? Угрозы? Шантаж? Идеология?
Мне нужно было видеть лицо масочника. Нужен был его контур ауры — полный, без маскировки — для идентификации. Нужны были бумаги на столе. И нужно было заглянуть в те ящики — если там стимуляторы, это прямое доказательство.
Я чуть подался вперёд. На полшага. Гримуар фиксировал — изображение, звук, ауры, магические сигнатуры. Всё записывалось. Всё сохранялось.
Ещё полшага. Угол обзора расширился — теперь я видел стол и бумаги на нём. Схемы. Маршруты караванов. Имена — я различил несколько, прежде чем—
Под ногой что-то щёлкнуло.
Тихо. Почти неслышно. Механический щелчок — не магический, именно механический, как срабатывание взведённой пружины. И одновременно с ним — вспышка. Короткая, тусклая, красноватая. Сигнальная руна, вмонтированная в пол. Нет — не руна. Проволока. Тонкая, натянутая между стеной и камнем на уровне щиколотки. Растяжка. Примитивная, дешёвая, невидимая в темноте даже для Витязьего ночного зрения — потому что я смотрел вперёд, на камеру, на людей, на ауры. А не под ноги.
Ошибка новичка. Непростительная.
Красная вспышка была связана с амулетом масочника — тот среагировал мгновенно. Голова повернулась в мою сторону. Тёмные глаза в прорезях маски нашли проём, в котором я стоял. И в этих глазах не было ни удивления, ни паники — только холодное, мгновенное узнавание угрозы.
— Гость, — сказал он.
Два Подмастерья развернулись одновременно — слаженно, как на учениях. Мечи из ножен. Щиты — стандартные магические барьеры, полусферы мерцающего воздуха, закрывшие их от груди до колен. Профессионалы. Не первый раз.
Дубровин отшатнулся к стене. Лицо — белое, как мел. Рот открыт, но ни звука.
Масочник не двигался. Стоял, смотрел на меня. И в его ауре — я чувствовал это отчётливо — не было страха. Была готовность. Он ждал этого. Может — не конкретно сегодня, не конкретно меня. Но он знал, что рано или поздно кто-то придёт. И был готов.
— Выходи, — сказал он. — Или я достану тебя там.
Выбора не было. Точнее — был, но все варианты, кроме одного, были хуже. Бежать — значит потерять Дубровина, потерять доказательства, потерять всё, ради чего мы работали три недели. Ждать подкрепления — Сергей наверху, в шестидесяти метрах от меня по вертикали и сотне по горизонтали, он не успеет.
Оставался один вариант. Тот, который Витязи всегда выбирали, когда все остальные не годились.
Вперёд.
Я вошёл в камеру.
Не ворвался — вошёл. Спокойно, размеренно, контролируя каждое движение. Плащ — скинул одним движением плеча, он упал на пол за спиной. Меч — в правой руке, вытянут из ножен бесшумно, без лишнего замаха. Левая — свободна, пальцы чуть разведены, готовые к заклинанию. Маскирующий амулет — деактивирован. Незачем прятаться: они уже знают, что я здесь. Пусть увидят, с кем имеют дело.