Первая — склад в Нижнем городе, у доков. Перевалочный пункт для грузов, идущих по реке. Хозяин — купец третьей гильдии, имя — в бумагах Дубровина. Ожидаемое сопротивление — минимальное: охрана, два-три наёмника.
Вторая — контора торгового посредника в Среднем городе. Бухгалтерия «Наследия»: через неё шли финансовые потоки из трёх боярских родов. Сопротивление — неизвестно.
Третья — склад зелий на восточной окраине, в квартале алхимиков. Легальное прикрытие — мастерская бытовых зелий. Под полом — тайник со стимуляторами.
Четвёртая — конспиративная квартира в Среднем городе, на Кузнечной улице. Четырёхэтажный дом, верхние три этажа выкуплены «Наследием» через подставное лицо. Рунная защита, усиленные стены, сигнальный периметр. Координационный узел столичной сети — место, где масочные встречались с агентами и планировали операции. Ожидаемое сопротивление — серьёзное. Дубровин на допросе назвал цифру: «Не меньше полудюжины боевых магов постоянно, плюс охрана». Полдюжины боевых магов в контексте «Наследия» — это Адепты. Шесть Адептов плюс неизвестное число Подмастерьев. Крепость.
Пятая — частный дом в Верхнем городе. Резидентура «Наследия» для работы с придворными. Связной между «Советом» и агентурой при дворе.
— Четвёртая — ключевая, — сказал Даниил, постукивая пальцем по кружку на Кузнечной. — Координационный узел. Если там сохранилась документация — мы получим всю сеть. Имена, связи, финансы. Всё, ради чего я работал два года.
— И самая опасная, — добавил я.
— Именно поэтому — ваша. — Он посмотрел на нас с Сергеем. — Шесть Адептов — это серьёзно. Я даю вам Варфоломея и шестерых его лучших бойцов. Четверо Адептов, двое Подмастерьев. Плюс вы двое. Итого — десять против минимум шести, не считая мелочь.
— Справимся, — сказал Сергей.
Даниил посмотрел на мою ауру — новую, тяжёлую, пятого ранга. Мастер. Пересчитал расклад.
— Справитесь, — согласился он.
Серый рассвет. Холодный, промозглый, с инеем на мостовой и ледяной плёнкой в лужах. Мы вышли из мастерской за час до первого света — через катакомбы, привычным маршрутом. На поверхность вынырнули в Среднем городе, в двух кварталах от Кузнечной улицы.
Варфоломей ждал нас в условленном месте — тупик за закрытой кузницей, скрытый от глаз высоким забором. Шестеро бойцов — четверо Адептов, двое Подмастерьев. Все — в тёмных плащах без знаков различия, вооружены до зубов, ауры приглушены маскирующими амулетами. Молчаливые, собранные, с лицами людей, которые знают, что через двадцать минут будут убивать или умирать.
Варфоломей — высокий, сухощавый, со шрамом через правую скулу и глазами цвета холодного железа — коротко кивнул мне. Никаких приветствий, никаких рукопожатий. Мне нравились люди Варфоломея.
Я развернул тактическую схему — мысленно, по данным Гримуара, накопленным за три недели наблюдения.
— Дом — четыре этажа, — начал я тихо. Все подались ближе. — Первый — коридор, кухня, комната охраны. Вход — парадная дверь, укреплена рунным периметром. Чёрный ход — со двора, тоже укреплён, но слабее. Окна первого этажа — забраны решётками, зачарованы. Второй этаж — жилые комнаты. Третий и четвёртый — рабочие: архив, зал совещаний, связное оборудование.
— Противник? — спросил Варфоломей.
— Минимум шесть Адептов. Плюс Подмастерья — от четырёх до восьми, точнее не скажу, подавитель сканирования не даёт чёткой картины. Итого — от десяти до четырнадцати боевых магов за укреплёнными стенами, с рунной защитой и домашним преимуществом.
Варфоломей переглянулся со своими. Ни страха, ни колебания — только быстрый профессиональный расчёт. Один из Адептов — невысокий, плотный, с бритой головой и татуировкой руны на виске — тихо спросил:
— Одновременно?
— Одновременно, — подтвердил я. — Три группы. Я — парадная дверь, в лоб. Сергей с двоими — чёрный ход, со двора. Варфоломей с четверыми — через окна второго этажа, лестницы на крышу соседнего дома. По сигналу — все разом. Не даём опомниться, не даём организовать оборону. Скорость и натиск.
— Пленные? — уточнил Варфоломей.
— По возможности. Но если выбор между пленным и жизнью кого-то из наших — выбирайте жизнь.
Кивки. Молча. Все всё поняли.
Кузнечная улица. Пустая в предрассветных сумерках. Дом номер четырнадцать — кирпичный, четырёхэтажный, с узкими окнами и тяжёлой дубовой дверью. Ничем не примечательный — если не знать, что стены прошиты рунными контурами, а внутри сидят люди, каждый из которых способен в одиночку положить отряд стражи.