— Скрежеты, — невозмутимо ответил я.
— Вы же не хотите сказать, что собираетесь здесь устроиться «на отдых»? — выделил последнее слово старейшина. — Мы даже вспотеть не успели!
На Гордея, кажется, посмотрели вообще все — кто в открытую, кто украдкой. С разными эмоциями — с вопросом, удивлением, недоумением… Но больше всего взглядов выражало раздражение. Ибо первая линия, пехотинцы, вообще-то тратили не только ману на поддержание щита, но и выносливость вместе с физической силой. И они, как раз-таки, вспотели ещё как. Однако я не стал спорить:
— Ладно, пять минут прийти в себя и двигаемся дальше. Не стоит здесь задерживаться.
Дальше Лёха повёл нас сквозь руины города, и на этот раз всё прошло почти идеально — до тех пор, пока пробираясь по разбитой, засыпанной осколками бетона и камня площади я вдруг не ощутил нечто странное.
Перед глазами на миг смешалось, две картинки словно наслоились друг на друга — и я внезапно понял, что стою…
Лишь под самый конец случилась ещё одна стычка. Шесть болотных ходоков — оживлённых, склеенных из тины, коряг и костей тварей, с горящими зелёными огоньками в пустых глазницах. Они поднялись прямо из кипящей, мерзко булькающей и воняющей трясины у края тропы. Ходоки были мерзким противником, когда сражались вблизи своего источника сил. Быстрые, обладающие отличной регенерацией, огромной физической силой и врождённой магией — возможностью использовать хлыст из болотной воды. Так себе оружие, конечно, что-то между первым и вторым кругом… Но когда им пользуются шесть почти неубиваемых прытких уродов, проблем это доставить может.
В этот раз я не прибегал к сильным чарам — мы просто отманили тварей на несколько сот метров от их трясины, и тут наши пехотинцы уже взялись за топоры всерьёз. Минута — и каждый из ходоков уже изрублен минимум на семь-восемь кусков. И теперь ни о каком быстром восстановлении речи не шло — увлеклись, родная топь слишком далеко… В общем, минута жаркого магического пламени из рук Артёма, накрывшая пятачок диаметром пятнадцать метров, и вся шестёрка прекратила существование.
Всё же одного Неофита, парня по имени Миша, ходоки таки успели схватить за ногу. Броня и чары защиты спасли его от перелома, но тварь впрыснула в рану порчу. Ирина сразу же бросилась к нему, её руки засветились мягким золотым светом. К моменту, когда мы закончили с аутодафе для болотной нежити, парень, хоть и чуть бледноватый, но уже без чёрных прожилок на коже, смог встать.
Потери — ноль. Но перед финальным рывком требовалось дать людям немного отдохнуть и собраться. Те же Неофиты, особенно пехотинцы — им требовалось ману восстановить, ибо у них чуть больше четверти резервов осталось. Да и физически люди подустали — не у всех такие тела, как у меня. Мы сделали привал в относительно сухом месте, под прикрытием скального выступа. Быстро подогрели похлёбку и достали сухари, сыр — почти четыре с половиной часа пути нагуляли аппетит.
Однако кое-кого такое развитие событий сильно не устраивало.
— Нужно идти, — уже через четверть часа заявил Гордей. — Всё, отдохнули, в себя пришли — пойдёмте. Нельзя терять время — оно не на нашей стороне!
Старик в последнем бою не участвовал, да и резерв у него был почти полон.
— Старейшина, людям нужно перевести дух, — резонно возразил Артём. — Это был непростой переход, и они вымотались.
— Пока мы тут отдыхаем, эта тварь режет наших людей! — начал горячиться старейшина. — В том числе и Алёну, Федю, Сашу и Диму! А они, если кто позабыл, Синицыны! Наша кровь и плоть!
— Старейшина… — попыталась было воззвать к разуму старика Ира.
— Пусть слабые остаются здесь, — перебил её Гордей. — Пойдём я, охотник, Артём и Глеб с Ирой. Остальные будут только…
— Никто никуда не идёт, старейшина, — перебил уже его самого я. — Все остаются здесь, у нас привал на полтора часа.
— Что это значит, охотник? — гневно сверкнул глазами Синицын. — Мы с тобой не так договаривались!
— Мы с тобой вообще никак не договаривались, — заметил я, глядя ему в глаза. — Угомонись, старейшина. Я понимаю твои чувства, но твоё нетерпение доведёт нас до беды. Нам…
— Там, у этой ё***ой суки, моя внучка, Костров! — схватил меня за грудки и рявкнул, брызгая слюной в лицо, Гордей. — А ты нам предлагаешь тут задницу полтора часа жопу отсиживать? А если именно этого времени нам не хватит, чтобы спасти её? Их, — поправился он в конце.
— Если мы пойдём туда сейчас, лишь малой группой, всех Неофитов, Таню и Иру, — кивнул я на девушек. — Получается, пойдём лишь я, ты, брат Марк и Артём, у которого лишь треть резерва в наличии. Как думаешь, Гордей, много мы там навоюем таким составом? Мне вот мнится, что нет. Людей не спасём да ещё и свои головы сложим на радость ведьме… Действовать надо по уму — либо не действовать никак. Если ты будешь настаивать…