— Будем обыскивать каждый этаж? — спросил Глеб.
— Нет нужды, — буркнул Гордей. — Я чувствую, где она.
И мы спустились вниз, всё также не встречая никакого сопротивления. Открыли двери и осторожно прошли внутрь, оказавшись на самом нижнем, четвёртом этаже бункера. Длинный коридор метров семь шириной, вдоль которого мощные металлические двери. Тот неестественный, блёклый свет, равномерно заливавший пространство, исходил не от ламп, а от самих стен. Следы старого, деградировавшего заклятья свечения, вплетённого когда-то прямо в структуру бетона. Дёшево, практично, на века. Или до тех пор, пока не рухнет цивилизация, его создавшая.
Влажное тепло, стоявшее в воздухе, пахло сыростью, ржавчиной и чем-то ещё — сладковатым, тяжёлым и знакомым. Я моргнул, пытаясь вспомнить, где встречал этот запах. Цветущая плоть? Гниющая органика, смешанная с химикатами? Что-то близкое.
— Порча, — впервые за много часов подал голос Марк. — Концентрированная, совсем не такая, как наверху. Здесь она не просто в виде бесхозной энергии, наоборот — кто-то активно её использует.
— «Кто-то»? — нервно фыркнул Артём. — Вполне понятно, кто именно.
— Ты прав, — неожиданно легко и спокойно улыбнулся мракоборец. — И это хорошо, друг мой — значит, мы не зря проделали весь этот путь.
На это чародей лишь неопределённо хмыкнул.
Отряд перестроился — теперь впереди шли пехотинцы с Гордеем, на плечи которого закинули руки Глеб и Таня, образуя хоть и зыбкую, но связку. Я и Артём с Марком шли вторым рядом, как главная ударная сила отряда. Хотя… Мракоборец за весь поход ещё ни разу не проявил никаких бойцовских качеств, так что непонятно, на что он вообще способен и способен ли вообще на что-то. Хотя последнее просто невозможно, иначе никто бы его не отправил на такое задание.
За спинами нашей троицы шла целительница — Ира, а последними, в арьергарде, шагали самые малополезные и хрупкие из нас — лучники. Смысл построения был прост — в случае нападения Гордей и бойцы примут на себя первый удар, выиграют нам несколько секунд — а дальше уже наша троица долбанёт в ответ. Ну а лучники с целительницей на подхвате.
Гордей, до того рвавшийся вперёд, в бункер, резко присмирел, оказавшись здесь. И с каждым шагом поначалу гордо выпрямленная спина старого, но всё ещё высокого и крепкого друида всё больше теряла свою образцовую осанку. Ещё немного, и старейшина Синицыных и вовсе ссутулится…
Впрочем, справедливости ради, трусил далеко не только он. Он, в целом, боялся поменьше остальных — некоторые из бойцов уже откровенно подрагивали. Порча, поток которой становился всё гуще, всё сильнее и явственно ощутимее, давил на разум, тело и даже, казалось, душу. Марк в какой-то момент вскинул руку с большим деревянным крестом, и тот, вспыхнув, создал вокруг нас незримую завесу.
Стало легче — сквозь защиту проникало не больше пятой части общего потока Порчи. Что ж, вот и первая настоящая польза от святоши. Глядишь, так потихоньку и оправдает гордое звание мракоборца.
— Стоп! — приказал я. — Стойте здесь.
Не обращая ни на кого внимания, я распахнул пошире видавшую виды металлическую дверь. Уши резанул жуткий, отдающий болью прямо в мозг скрип ржавых петель. Два шага — и я оказываюсь внутри.
В прямоугольном помещении примерно пятнадцать на сорок пять метров царил разгром. Ржавые, рассыпавшиеся под собственным весом металлические шкафы по углам, кучки почти истлевшего мусора в виде гнилых металлических дуг, пружин и клочков ткани — остатки кроватей. Толстенный слой пыли, знакомая чёрная плесень, покрывающая стены и потолок сплошным ковром… Разумеется, моё внимание привлёк вовсе не этот мусор.
Вдоль противоположной стены стояли четырёх трёхметровые капсулы, сделанные из сверхпрочного пластика. Сенсорные дисплеи, разумеется, были давно разбиты, во все стороны торчали обрывки трубок, шлангов и проводов…
А в следующий миг я оказался в совсем ином месте. Передо мной стояло двое мужчин — высокие, крепкие, с суровыми лицами и по-военному коротко стриженные и аккуратно выбритые.
— Какими судьбами, брат? — подмигнул мне один из них. — Ты чьих будешь?
Второй, что был повыше, зеленоглазый блондин с небольшим шрамом на щеке, не разделял приподнятого настроения своего товарища. Нахмурившись, он внимательно оглядел меня.
— Я тебя здесь раньше не видел, — холодно сказал он. — Кто такой? Из как…