Не слушая вопросов здоровяка, я заворожённо огляделся. Нет сомнений, я всё там же, всё в том же бункере и, более того, в том же помещении. Только не в настоящем, а в прошлом.
Несколько грубых солдатских кроватей, явно чужеродных в этом помещении и появившиеся здесь недавно. Столы с техникой — компьютеры, мониторы, сложные приборы… Ну и четыре пока ещё целых и вполне рабочих био-капсулы. Или, как мы их называли между собой, пароварки. То, без чего я и мне подобные не могли нормально существовать.
Витязь-3М, или Витязь третьей модификации. Биологически усовершенствованный солдат, элитный пехотинец российской армии. Наши штурмовые подразделения состояли из бойцов, по физическим показателям на две головы превосходящим человека. Физическая сила, уровень реакции, подвижность, скорость, живучесть и регенеративные способности — по всем этим показателям даже Витязи первого поколения, или 1М, превосходили обычного человека настолько же, насколько тридцатилетний мастер спорта по боксу превосходит чахлого, не знакомого со спортом тринадцатилетнего ребёнка. А такие, как я, третье поколение, намного превосходили и 1М, и 2М.
Наш единственный недостаток — раз в пару-тройку месяцев Витязю нужно проводить несколько дней в пароварке. Иначе наши организмы начинали стремительно разваливаться…
— Ты меня уже бесишь, парень, — легла мне на плечо чья-то ладонь. — Я последний раз спрашиваю — ты кто такой и откуда тут взялся? Не ответишь — сломаю тебе что-нибудь и оттащу…
— Тихо-тихо, Серёг, — раздался из-за моей спины новый голос. — Всё нормально, я его знаю. Это Паша Колунов, один из технарей. Отпусти ты пацана, не позорься!
Новое действующее лицо было высоким, под два двадцать ростом, мужиком с открытым, весёлым лицом. Кареглазый и русоволосый, с правильными чертами лица и прямым носом, он с первого взгляда располагал к себе. Ну вот прямо настолько, что смотришь и сразу чувствуешь — наш парень!
— Как дела, Паш? — подмигнул он мне. — Как жизнь молодая?
— Хорошо, — чуть неловко улыбнулся я. — А у вас?
Вот только… Паша Колунов? Что за чушь! Это он меня с кем-то перепутал или просто решил выручить? Паша Колунов, хах… Да уж… Погоди, а как меня звали на самом деле? Макс… Вроде Макс. Фамилия же… Концов? Нет! Огнев? Веткин? Нет, всё не то!
Меня пробил холодный пот от осознания — я не помню своей фамилии! Вот имя помню — Паша… Или нет, погодите — вроде бы… Да точно — у меня было другое имя!
— Значит, Паша? — совсем другим, холодным голосом осведомился тот, которого звали Серёгой.
— Он принял…
— Принял!
— Глупый лжец…
— Теперь ты наш!
Со всех сторон послышались многочисленные голоса. Странные — шипящие, басящие, говорящие шёпотом и кричащие, сиплые и фальцет… Какие угодно, кроме нормальных, обычных голосов.
Но всё это было неважно, ибо передо мной встал куда более насущный вопрос:
Я… я… Кто я⁈
Мои собеседники как-то незаметно изменились. Вроде те же лица, та же одежда, всё то же — но что-то меня сильно напрягало…
Глаза. Всякая жизнь, всё человеческое из них исчезло, и сейчас на меня было направлено шесть провалов, шесть бездн в абсолютное ничто. Рука, что лежала на моём плече, внезапно стала ледяной, холод столь чудовищный, что обжигал мою кожу, начал распространяться по моему телу — и я, несмотря на все свои попытки освободиться, не мог даже пошевелиться. Признаться, паника начала овладевать мной, и я уже решил, что тут мне и конец — но в этот момент я ощутил на другом своём плече ещё одну руку.
Не такую мощную, как рука того, что скрывалось под личиной Сергея. И не распространяющая никаких волн, жара, холода или ещё чего-то подобного. Нет, то был простой человеческий жест, не более.
— Именем Господа нашего, говорю вам — прочь, порождения Смертной Тени!
И вот после этих слов я оказался окружён сияющим белым светом, который, вопреки здравому смыслу, совершенно меня не слепил и не вызывал ни малейшего дискомфорта.
А вот голоса, которые только что окружали меня мерзким хороводом злорадного предвкушения, стали быстро отдаляться и затихать. Причём, судя по тому, что я успел услышать напоследок, — им было очень, очень больно…
Однако, вопреки моим ожиданиям, трое не исчезли. Их лица искривились, и Сергей был вынужден сделать шаг назад, убрав свою ледяную руку с моего плеча — но они явно не собирались сдаваться.
— Он уже наш! — заявил тот, что назвал меня Пашей.
— Он пошёл на ложь! Он отрёкся от своего имени и принял то, что дали ему мы! — подхватил тот, с морозной рукой.