— Ну пожалуйста, — захныкала Вера, медленно подходя к Артему и обнимая его поперек пресса, — Мне очень надо. Я пообещала, что приду.
— Нет. Я сказал, нет. Отвали Рыжая, ты никуда не пойдешь, особенно после того, что ты мне только что рассказала.
— Ну Тём, мне надо встретиться с подружкой, очень важная встреча, и после нее я улетаю в Питер, идет? — Вера повисла у него на шее, оставляя короткие поцелуи на мужской шее, — Я ненадолго. Даже не буду против охраны.
— Конечно не будешь, иначе ты хуй куда поедешь. Из-за тебя переломали мне Глеба, Вовка еще не скоро очухается… Я не знаю, кого с тобой отправить.
— Я позвоню Косте, он приедет и отвезет меня, — Клинкова запрыгнула на Исаева, обвивая его поясницу ногами, — Пожалуйста, Тём.
— С Костей вопрос решенный. Он нахуй тут не нужен.
— Нужен. Он мой друг.
— Без мозгов твой друг, также как и ты. Нет, Костя сразу нет.
— Тогда я сбегу без твоего ведома и без твоей охраны…
— Тогда ты получишь по жопе, — Исаев в подтверждении своих слов, больно шлепнул по женской заднице, вынуждая Веру подскочить, — Не в твоих интересах ставить мне сейчас условия.
— Верни Костю.
— На колени.
Вера замерла, вглядываясь в темнющие карие глаза, а потом медленно расцепила скрещенные лодыжки и сползла с Исаева на мягкий ковер. Артем снова набрал полную грудь воздуха и прикрыл глаза, когда в тишине комнаты лязгнула пряжка ремня.
Вера почти не дышала всю церемонию. Взволнованно, с каплей зависти, наблюдала, какая красивая, а самое главное влюбленная в своего мужчину Софа, смотрела Андрею в глаза и тепло улыбалась. Как нежно держала его за руку и всю дорогу что-то шептала ему на ушко. Никольский хоть и старался быть сдержанным, но все равно не смог скрыть горящих глаз и несдержанного, облегченно выдоха, после того как Софа ответила «Согласна». Это было поистине удивительным, вдохновляющим событием, которое Вера переживала с доброй грустью, наблюдая за влюбленными. Тайная свадьба, несмотря на обстоятельства, после которой обязательно будет грандиозный скандал и долгие годы совместной жизни, Вера очень хотела верить.
Ваня аккуратно придерживал ее за талию, когда они вышли из ЗАГСа, притормозив на ступенях перед входом. Софа с Андреем фотографировались на местной скамейке влюбленных, самозабвенно целуясь, периодически хихикая как подростки. Вера поймала прядку волос, которую выхватил из прически ветерок и заправила ее за ухо, сжимая в руке Софин букет невесты.
— Я готов хоть каждый день ходить на свадьбы, если ты будешь свидетельницей, моим негласным партнером в этом трудоемком процессе, — мужчина засмеялся, поджигая сигарету, уже зажатую в зубах.
— Я думаю, что это была моя первая и последняя свадьба в этой жизни, — Клинкова усмехнулась, щурясь от солнца и увлекая Сахнова за собой в тенёк.
— Брось. Поорет да перестанет, назад дороги нет…
— Да и к тому же место на кладбище у меня уже есть… Ох.
— Ты действительно так его боишься?
— Я боюсь потерять его доверие. Последнее время мы часто ругаемся и я приношу ему некоторые проблемы, мне не хочется, чтобы он думал, что я тупоголовая малолетка, которая только и ищет повод, чтобы засадить его еще больше, — Вера прислонилась поясницей к перилам, откидывая голову назад, позволяя ветру трепать волосы еще сильнее.
— Я рад, что у него есть ты, — после недолгой паузы и пары коротких, задумчивых затяжек, произнес мужчина, — Наверно он нуждался в этой любви, больше чем кто-либо.
Вера подняла голову, ловя сползающие по носу солнцезащитные очки, и посмотрела на Ваню. Она всегда воспринимала его как благородного рыцаря, который в обход себе, пожертвует своими чувствами, лишь бы «спасти» другого, дать позволить ему выбрать не себя. Это было действительно благородно, хоть и больно.
— А я рада, что у него есть ты. И у меня есть ты, — Вера прижалась к Ване, кладя голову ему на грудь, — Прости, что не мы, а я и он.
— Ничего, значит, я в своей жизни еще не дошел до той черты, когда спасение приходит в лице таких ангелов как ты, значит, я еще подожду и продолжу пакостить, — Сахнов засмеялся, отворачиваясь и затягиваясь тлеющей сигаретой.
— Хватит там лобызаться, молодежь, — неожиданно крикнул Андрей, поправляя растрепавшиеся волосы, — Моя жена хочет общее фото.
— Если бы ты не упомянул, что этого хочет твоя жена, я бы хер к тебе подошел, — улыбчиво крикнул Ваня в ответ и протянул Вере руку, — Пойдем, раз жена просит.
Артем, на удивление, не поехал на работу, лениво прохаживался по дому, вдруг придирчиво проверяя пальцем, пыль на полках, цедил чай и задумчиво поглядывал на Веру, которая вернулась домой слишком мечтательная.
— Как Миша? — она затянула поясок короткого халата на талии и склонилась над кухонным островком, упираясь в него локтями.
— Говорит, что чувствует, как затягиваются швы, сегодня даже уснуть из-за этого не мог, — Исаев сделал глоток из своей здоровенной кружки и опустился на кухонный островок в той же позе, напротив Веры, — Где была?
— Была свидетельницей, подружка расписывалась со своим парнем.
— У тебя сейчас лицо от улыбки треснет, — Исаев хмыкнул, со стуком опустив кружку на поверхность, — Сейчас не до свадьбы, Вер, да и вообще, нахуй она нужна?
Девушка вздохнула, пряча улыбку, выпрямилась и отвернулась к раковине, намыливая грязные тарелки.
— Это сейчас что такое было? Я вижу в твоих глазах обиду? Вер, ты серьезно?
— Я никогда не поднимала вопрос со свадьбой, просто это так…
— Важно для тебя? Почему бабы так зациклены на том, чтобы накинуть мужиками петлю в виде обручального кольца? Что тебе это даст? Что изменится от того, что мы поженимся?
— Я хотя бы не буду бояться залететь от тебя.
— А сейчас ты типо боишься? Пиздец, Вер, ты не о том думаешь сейчас. Подумай лучше, как угомонить своего папашку, чтобы он нам карты не путал…
— У меня задержка уже несколько дней и моли Бога, чтобы это было не то, о чем я думаю, — Вера со злостью швырнула тарелку обратно в раковину, выключая воду и вытирая руки о кухонное полотенце, — Мир крутится не только вокруг этого всего дерьма, с вашими стрелялками, войнушками, вокруг вас продолжается жизнь, реальная и настоящая, которая может иногда пойти не по плану, который ты там себе в блокнотике нарисовал.
— Так, слушай. Пф-ф-ф, — Исаев напряженно выдохнул, хлопая ладонями по мрамору, — Я блять че то даже подвис. Ты мне нормально скажи, да или нет, конкретно…
— А что ты так напрягся? Боишься? — Вера оттолкнула мужчину, проходя мимо него в гостиную, — Нихуя мне от тебя не надо, ни свадьбы, ни детей, я все время на таблетках, так что остынь, папаша. И да, в семь часов нам надо быть в «Ручье», Андрей позвал, какие-то новости у него.
Вера была очень расстроена таким положением дел. Она надеялась получить другую реакцию от Исаева, но теперь, сидя на крышке унитаза, с текущими соплями из носа, убеждала себя в том, что отчасти он прав.
«Какая свадьба, какой ребенок, сначала нужно разобраться с Гордеевым, а потом…»
А потом ничего.
И от этого «ничего» было так тоскливо, так до одури, до тошноты противно, что просто хотелось выть. Разрыдаться от такой несправедливости, залепить ему пощечину, чтобы горела щека, но вместо этого Вера взяла себя в руки и умылась, стараясь подольше не выходить из ванной, чтобы скрыть красные глаза.
Настроение было испорчено не только у Веры, хоть она и старательно делала вид, что все нормально, просто ее сучья натура решила сегодня показать себя немного больше, чем положено. Исаев нахмуренно застегивал рубашку, когда Вера вышла из гардеробной с двумя платьями в руках.