Клинкова заметно поникла, обнимая себя за плечи и снимая неудобные туфли прямо в пороге.
— Что-то случилось? Ты неважно выглядишь.
— Сегодня встречался с Гордеевым, пытались решить свои вопросы мирно…
— Но?… — Вера в нетерпении поджала пальцы на ногах, приваливаясь плечом к дверному косяку.
Артем отвернулся к окну, снова хватаясь за бокал:
— Но не вышло. Расхуярили «Алые Паруса», Ярика привалили, еще несколько пацанов подлатать надо будет. Витька твой сегодня слишком яростно защищал своего хозяина, тоже получил по ебалу, нормально так.
Вера сорвалась с места, хватая Исаева за воротник и заглядывая под футболку.
— Почему ты не сказал, что пойдешь к нему? — Рыжая неожиданно разревелась, обнимая мужскую шею, после того как не нашла никаких следов, — Я не переживу, если с тобой что-то случится. Слышишь меня?
Артем обнял девичью талию, прижимая девушку к себе и утыкаясь носом в распущенные волосы. Гладил ее по спине, шепотом просил успокоиться, потому что сил смотреть на ее слезы не было.
Она в такие моменты будто снимала с себя маску. Менялась на глазах. И не было больше этой роковой соблазнительницы, этого лукавого прищура, которым она так манила всех мужиков вокруг себя. Даже в этом блядском прикиде, она сейчас была похожа на маленькую девочку, с этими глубокими зелеными глазами, в которых стояли слезы.
Она действительно беспокоилась, переживала.
И Артем, буквально на мгновение представил, что очередная такая сходка, может закончиться иначе, и он может больше ее не увидеть.
— Я дома, малыш, все хорошо. Ну, не плачь, — он продолжал ласкать пальцами ее лопатки, чувствуя, как всхлипы затихают и Вера понемногу успокаивается, — Так что у нас на ужин, я злой, голодный серый волк, что мне приготовила Красная Шапка, м?
Вера вытерла растекшуюся тушь и пристально посмотрела на Исаева.
— Вообще-то, на ужин у тебя должна была быть я, — она в детской манере, хлопнула его ладонью по плечу, — Но я вижу, что ты не особо настроен.
Мужчина усмехнулся:
— Негоже ужин с десерта начинать, Вера Николаевна, вас в детстве не учили?
— Хорошо, Артем Александрович, на ужин у вас индейка под сливочно-чесночным соусом.
— Неплохо, — Исаев улыбнулся так, по-доброму, потрепав Веру по макушке, — Тогда приглашай к столу, хозяйка, а я пока руки помою.
Вера провожала его спину до тех пор, пока он не скрылся из поля зрения, и даже тогда, когда услышала, как он открыл кран в ванной.
Господи, Спаси его и Сохрани.
«Ни о чем больше не прошу».
Клинкова неосторожно звякнула фужером об столешницу, чувствуя, как выпитое вино дает о себе знать. Она потянулась, вытягивая ноги, лежащие на коленях у Артема, пока тот с каким-то остервенением доедал уже второй кусок индейки, попутно заталкивая в рот и картошку, и соленые огурцы.
— У Захара день рождения в четверг, нужно будет в магазин игрушек заехать, велосипед ему купить.
- Купим, — согласился Исаев, не отрывая глаз от тарелки.
— Может мне тоже купить велосипед? — осторожно поинтересовалась Вера, игриво поглядывая на мужчину, — А что, пока тепло, буду кататься по лесу, дышать свежим воздухом, оздоровляться.
— Угу, хорошо, купим, — снова кивнул Исаев.
— Скоро зима, может, тогда и шубу мне купим новую, как думаешь?
— Шубу так шубу, — он пожал плечами и залил в себя почти целый бокал красного вина.
Вера расхохоталась. Так искренне, без надрыва. Будто все, что их беспокоило это выбор велосипеда или цвет новой женской шубы.
— Почему ты смеешься?
— Потому что ты поел и расслабился, из тебя можно веревки вить, просить что хочешь, а ты и не откажешь, — Вера собрала ножки вместе, касаясь пальцами мужской ширинки.
— Неа, — Артем отрицательно качнул головой, вытирая губы салфеткой, — Это потому что мне для тебя ничего не жалко. Все что пожелаешь, на что покажешь пальцем — все куплю.
— Да я ничего не хочу, мне уже это барахло складывать некуда, мне даже Самохина стала завидовать, потому что у меня теперь шмоток больше чем у нее, представляешь?
— Ты мне зубы не заговаривай. Я поел.
— И что?
— Время десерта, — мужчина плотоядно клацнул зубами и пристально посмотрел на Клинкову.
— Когда ты так смотришь, я перестаю дышать…
— Я посмотрю, как ты будешь дышать, когда Волк догонит и нападет на Красную Шапку.
— Ты шутишь? — Вера поднялась со стула, огибая кухонный островок спиной вперед, чтобы не потерять Артема из виду.
— Даю пару секунд форы.
Вера икнула и понеслась к лестнице на второй этаж, а после того, как скрипнули ножки отодвигаемого Исаевым стула, завизжала.
Мужчина нагнал ее на пороге спальни, буквально втаскивая девушку на руках и бросая ее на кровать.
— Ох, Вера Николаевна, у вас так аппетитно сиськи вываливаются из этого корсета, я вот целый вечер смотрю и насмотреться не могу…
Вера закусила губу, чтобы не заскулить от удовольствия, когда мужчина перевернул ее на живот, распуская послушные шнурки, стягивающие корсет. А потом он целовал лопатки, позвоночник, спускаясь все ниже, к копчику, сдирая дурацкую юбку следом.
Последнее время у них не хватало времени на то, чтобы побыть вместе. Постоянно какая-то спешка, встречи, эта неотступающая усталость. Дежурные поцелуи, редкие касания и это «спокойной ночи» перед сном.
Не было сил наслаждаться друг другом в такой обстановке.
И сегодня не потребовалось много времени, чтобы завести друг друга.
— Я так соскучилась, — зашептала девушка в темноте, чувствуя, как по бедрам ползут трусики.
Исаев молчал, было слышно только его тяжелое дыхание и лязг расстегиваемого ремня.
— Ты продолжаешь пить таблетки?
— Да, а что?
— Я думаю, что можно перестать это делать.
Клинкова закрыла глаза, чувствуя, как быстро забилось ее сердце.
Вот, очередное признание в любви, так в его стиле.
Грубые, тяжелые ладони прошлись по бедрам, погладили ягодицы, а затем заставили встать на колени. Вера послушно выгнулась, пошире расставляя ноги, за что получила одобрительные похлопывания по промежности.
— Такая мокрая уже…
— Смотри, а то забудешь как это, с такими перерывами, — съязвила Рыжая, за что получила увесистый шлепок по заднице, — Давай, не мучай меня.
— Я соскучился, что нет сил, — Артем надавил ладонью ей на поясницу, вынуждая немножко опуститься, и вошел в ее тело, с таким же наслаждением как делал это в первый раз, тогда, на ее неудобной кровати, в детской комнате.
Протяжно застонав, оба на пару секунд замерли, как будто снова привыкая к друг другу, но долго он не позволил.
Зарычав, схватил девушку за волосы одной рукой, второй схватил за талию, насадил ее на член до упора, вызвав у нее непроизвольный всхлип.
А потом еще.
И еще.
И трахал ее до тех пор, пока не завыл, кончая внутрь.
Вера почувствовала, как по виску течет струйка пота. И как бедра дрожат после него.
Артем тяжело вздохнул, отпуская девушку из своего захвата, облизывая пересохшие губы и целуя ее в шею.
— Я не сделал тебе больно?
— Нет, — просипела Клинкова, ложась на бок и закидывая на Исаева ногу, — Слишком мокро…
Хихикнула, так по-девичьи, как будто даже прикрыла рот ладошкой.
— Ты моя, запомни это и я все сделаю для того, чтобы ты была в безопасности.
— Артем?…
— Все хорошо, малыш, отдыхай, — он погладил ее по волосам, укладывая себе на грудь.
Все будет хорошо — так Артем сказал.
13
Вера
Понедельник, 2 октября 1995 года
Близился четверг, и я все-таки уговорила Артема оставить ненадолго свои дела и доехать до магазина игрушек. Немножко проветриться и хоть ненадолго подумать о чем-то другом, кроме своих проблем.