– Это не гостья, Бастиан. Это наша любимая наследная невестка! – торжественно и весьма решительно заявила Трианонская леди, переступая с ноги на ногу от волнения и явного нетерпения.
– Вот как? И как зовут это сокровище? – улыбнувшись так, словно я действительно была невероятной ценностью, уточнил лорд.
– Клара, – чуть запнувшись, призналась. Мне было до крайности неловко находиться в центре внимания и ощущать себя значимой особой. Не после стольких лет в услужении у принцессы.
– Замечательное имя, – с таким восторгом, словно сбылись его самые смелые мечты, воскликнул мужчина, воспитавший целую толпу Трианонских лордов. Впрочем, мне показалось, что если бы я назвалась поленом или шваброй, радость мужчины от этого меньшей бы не стала.
Переглянувшись с супругой, находящейся в таком же восторге, Бастиан, лорд Шанготи, кивнул сыну:
– Паскаль, твоя невеста устала с дороги и ей явно требуется ванна. Давай оставим ее на попечение твоей матери. Им явно есть о чем поговорить. А тебе и самому не помешало бы привести себя в порядок после дороги.
Я ждала, что генерал, такой резкий и непреклонный, сейчас откажется, но мужчина только кивнул.
– Да, отец. Мама, мы вас оставим. И распорядись, пожалуйста, приготовить наши покои и обед. Мы невероятно голодны.
– Мои дамы уже занялись делом, не переживай и спокойно приводи себя в надлежащий вид. И конечно, я позабочусь о нашей девочке. А теперь кыш отсюда! – махнув рукой, словно прогоняя мух, велела Ламьена Трианонская прежде чем перевести свой взгляд на меня. – Не бойся. Какой бы ни была твоя жизнь ранее, теперь все изменится. И поверь, куда как к лучшему.
И уже обернувшись в сторону своих комнат, громко, словно это она была генералом перед выставленными на плацу воинами, принялась раздавать приказы замершим у стен служанкам:
– Ванну моей наследной невестке! Сменную одежду! Приготовить закуски и затопить камин! Если девочка продрогнет во время купания, все будут наказаны! Бегом, бегом! – хлопнув несколько раз в ладоши, женщина с улыбкой обернулась на меня.
– Тебе достался самый сильный из моих детей, но он умный и внимательный, так что это может быть очень удачный союз, несмотря на его предопределенность. Просто прояви немного понимания и терпения. Во всем остальном я тебе помогу. Что бы это ни было.
– Даже если я захочу снести до основания замок Жуана Хелдерийского? – вопрос был задан навскидку, никаких претензий к прежнему господину у меня не было, но в свете сказанного леди Ламьеной и, наверное, из-за стресса, я все же спросила.
Однако против ожидания, хозяйка крепости задумалась всего на мгновение, прежде чем ответить.
– Если нужно именно снести замок – то это займет какое-то время. А вот если ты хочешь просто убить этого лысоватого старика – тогда дело не займет больше пары дней. Нет, Роан с Филиппом, конечно расстроятся, но не велика потеря. Мальчики справятся. Этот венценосный дурень успел тебя чем-то обидеть, радость моя?
– Нет, – несколько шокированная такой прямолинейностью просипела я.
– Тогда вечером мы можем обсудить менее грандиозные планы по мести Жуану, если ты не против. Все же мои младшие дети и племянники так старались наладить с ним мир…
– Это была шутка, – в отчаянии воскликнула я, боясь, что из-за моих неосторожных слов эта дама сейчас развернет все немалое войско своего старшего сына в сторону Хелдерии.
– Я так и подумала, – мы прошли в небольшую комнату, где перед разгорающимся камином стояла большая, медная ванна, быстро наполняемая горячей водой. – Но прошу тебя впредь быть осторожной с подобными шутками. Паскаль человек военный. Один раз бросишь нечто подобное, а наутро окажется, что мой сын выжег соседнюю деревню, где тебе посмели нагрубить. Быть наследной невесткой нашего рода – это верно выбирать слова. Но я думаю, ты справишься.
Мне указали рукой на плотную ширму, что стояла в углу.
– Раздевайся, милая. Тебе явно нужно помыться. А разговор мы можем продолжить и во время твоего купания. Только давай о более важных вещах: вы уже провели ночь с моим сыном или у этого моего отпрыска хватило ума подождать до дома?
Я замерла, так и не зная, что ответить на этот «более важный» вопрос. Однако леди, не удовлетворившись молчанием, заглянула за ширму и все поняла по моему вытянувшемуся лицу. На тонких губах появилась улыбка.
– Какой хороший мальчик, – неизвестно почему обрадовалась она. И совершенно не смущаясь, добавила: – Ну хоть целовал он тебя?