– Привет! – воскликнули все наперебой. Марину усадили в центр дивана, и она, смутившись, уткнулась взглядом в колени.
Компания вокруг громко смеялась, болтая о всякой ерунде, а студенты все подходили и подходили.
– Ну что? Вроде все собрались? – Марина подняла взгляд на Олега, что возвысился над столом. – Староста, ты произнесешь первый тост или можно начать мне?
– Говори! – воскликнула Оля и все ее поддержали. Остальные мальчишки открывали шампанское и разливали всем по бокалам.
Марине сунули в руки бокал на тонкой ножке. Золотая жидкость искрилась и переливалась.
– Выпьем же за то, чтобы мы все закончили универ и остались друзьями! За дружбу! За нашу группу!
– Да!
Поголовно все опустошили бокалы. Марина нервно сжала стеклянную ножку не решаясь глотнуть.
– Ты чего? – воскликнула Оля. Марина повернулась, не зная как отвертеться от алкоголя. На голос Оли все обернулись и прожгли Марину взглядом. Она и так была странной для них.
– Не отрывайся от коллектива, – раздраженно произнесла Юля. Марина растеряно перевела взгляд на бокал и опасливо сделала глоток.
Игристый напиток ударил в нос и обжег язык. Желудок приятно обмылся теплом, которое разлилось по телу.
Здравый смысл лениво помахал ручкой.
Разом тело потяжелело и расслабилось. Марина поставила на стол на половину полный бокал, расплескав часть шампанского.
– Пошли танцевать! – скомандовала Оля, и все вскочили. Кто-то увлек Марину за собой. Музыка била по ушам, но уже не так сильно. Басы били в груди барабанной дробью и с каждым ударом ритма тело словно дрожало и пропускало через себя мелодию.
Марина даже не заметила, как начала двигаться. Улыбающиеся лица кружились вокруг.
Стало так легко, что Марина забылась в диком танце. Она прыгала и махала руками. Олег засмеялся и повторял за ней.
Студенты веселились.
На время Марина забыла кто она. Она была обычной студенткой, в окружении друзей. У нее не было проблем, кроме оценок.
Беззаботная юность.
Веселясь, они поднялись обратно и сели за стол.
– Как хорошо! – рассмеялась Катя и упала на диван рядом. – Жаль, что родители меня отпустили только до часу…
– Тебя еще контролируют? – воскликнула Оля. – Тебе же уже 18!
– Эх… Ну, что я могу сделать, – перекричала она музыку.
– А ты? Тебе во сколько надо быть дома? – подтянулась Катя к уху Марины.
Марина медленно перевела на нее взгляд. Вдруг реальность навалилась на нее тонной мусора. Она ведь не была студенткой, и у нее не было родителей, которые бы ее контролировали. Зависть звонкой пощечиной ударила по лицу.
Марина остро поняла, что бы отдала многое, лишь бы быть обычной… такой же как Оля и Катя. Как бы она себя не обманывала, ей нравилось общение с людьми.
“Я не хочу больше обманывать. Я хочу жить обычной жизнью!”
– Эй, Марина! Ты че зависла? – захохотала Оля, проводя рукой перед глазами Марины. – Надо выпить и идти танцевать!
Марине сунули в руку бокал и, не думая, она сделал глоток. Стало легче дышать. Она поднялась и на негнущихся ногах спустилась на танцпол.
Ей было всего восемнадцать. Так же как и им. Марина огляделась. Смеющиеся, улыбающиеся лица окружали. Танцующие, мокрые тела толпились вокруг, а Марина стояла и чувствовала, что не подходит этому миру.
Взгляд метался от лица к лицу. Она охватила себя руками и, задрожав, сделала шаг назад, наступив на кого-то.
– Простите, – бросила она и стала пробираться сквозь поток людей.
– Марина, ты куда?
Она обернулась на зов и уловила растерянное лицо Оли, но ноги ее несли вперед.
Выскочив на улицу, Марина отбежала к перилам и через нос втянула холодный воздух, заполненный дымом от сигарет курящих рядом людей. Холод остервенело кусал голые руки.
Она закрыла глаза, пытаясь отгородиться от всего, что здесь происходило. Рука судорожно начала искать телефон, но его не было.
Марина в страхе обернулась на вход в ночной клуб. Она забыла сумку на диване.
Аскендит посмотрел на время: одиннадцать тридцать ночи. Он сжал руль Мерседеса и посмотрел на дверь в ночной клуб. Он не знал, зачем приехал сюда. Он должен был думать о поимке Виверн. В любой момент она могла атаковать, но Дима не мог выкинуть из головы Марину. Том, как демон на плече, сообщил, что сегодня студенческая ночь, и одногруппники Марины идут на дискотеку. Дима вспомнил, что она тоже говорила о дискотеке в пятницу. И как умалишенный, он вскочил в самолет и понесся сюда.
В самом деле, он же не пойдет в ночной клуб? Когда он вообще был на дискотеке в последний раз? Лет тридцать назад?
Зачем он приехал сюда? Марине было всего восемнадцать. Господи, восемнадцать! Как он посмел заглядываться на такую молодую девушку? Она еще жизни не знала… Законы его семьи слишком жестоки для такого хрупкого цветка. Она ведь разочаруется в нем. Не сможет принять его со всем дерьмом, что в нем и окружает его.