– У меня есть их номер, Настя, дальше!
– Несколько счетов попало на главную почту, я переслала их в бухгалтерию. Вам звонили из журнала “Бьюти… Бьюти”, сейчас, – она стала искать на столе бумажку с записанным названием.
– “Бьюти-сторис”? Господи! Два слова не запомнила? Что хотели?
– Предлагали сделать обширное интервью в рубрике “Предприниматель года”.
– Это все? Насть, ты фильтруй информацию, что ты мне все подряд рассказываешь?
– Я Наташа, а не…
– Какая разница? Смысл мне запоминать, Маша ты или Наташа, вас тут конвейр.
Вика зашла в свой кабинет и набрала клинику Кульбецкого. Ей ответил сам хирург.
– К сожалению, Виктория Викторовна, операцию придется отложить на неопределенный срок.
– Почему? – выдавила она из себя.
– Показатели свертываемости вашей крови недостаточны для проведения хирургического вмешательства. Клиника, и я в частности, не готовы нести такие риски. Вы можете приехать и забрать результаты всех анализов, я готов даже пояснить вам все лично, но это ничего не изменит. Мне жаль. Я рекомендую вам обратиться к своему лечащему врачу и пройти дополнительные обследования. Свертываемость крови – величина непостоянная, бывало, что проходило время, человек снова сдавал анализы, и все было успешно.
– Вы перепутали, все у меня итак хорошо. У меня уже были операции, вы же знаете. Нужно пересдать этот анализ. Мне необходимы операции сейчас! Я готова оплатить риски!
– Ничего не могу добавить к уже сказанному. До свидания.
– Ааааа! – Вика бросила трубку и посмотрела в огромное зеркало, что занимало добрую часть стены.
Оттуда на нее робко глядела неказистая девочка-подросток со скобками на зубах, пухлая, с крошечными глазками и широким носом. Угольно-черные крашеные волосы патлами свисали вокруг лица и только подчеркивали изрытую акне кожу, неумело замазанную дешевым тональником.
– Настя! – крикнула она в приемную. – Настя! Как тебя там?
Вспомнила, что у нее есть микрофон для связи с помощницей, которым никогда не пользовалась, и нажала кнопку:
– Наташ!
– Да, Виктория Викторовна!
“Ишь ты, учит ее. На Настю не откликается!” – разозлилась Вика.
– Сделай мне выборку по пластическим хирургам. Контакты, отзывы.
– Москвы?
– Страны.
– Хорошо.
Глава третья
– Наташенька, случилось чего, что понурая такая? – древняя бабка с чудным именем Немезида Никаноровна, у которой девушка снимала комнату в квартире, прошаркала в коридор, заслышав хлопок входной двери. – Обидел кто?
– Ненавижууууу! – взвыла Наташа, опускаясь на табуретку и стягивая с шеи шарф и тряся им в воздухе. – Всю душу вытрепала! Стерва, стерва!
– А кто же это такая? – жадно спросила старушка, чувствуя что сейчас будет что-то интересное.
– Начальница! Придирается, внешность ей моя не нравится! Все для нее во мне не так, злющая, только с собакой своей целуется, а на меня гавкает или гадости говорит.
– Какая плохая женщина, – сочувственно поддакнула Немезида. – Вот бы её взять да под поезд, правда же? И чтоб кровища по рельсам!
– Вы что, – шмыгнула Наташа носом и испуганно взглянула на женщину. – вы что ж такое говорите, нельзя так с людьми!
– А чего тогда ты бы хотела? – призадумалась кровожадная бабулька.
– Ну чтобы она осознала, что не права, поняла…
– Ууу, – Немезида Никаноровна махнула рукой. – Не зря она на тебя орет! Скучная ты, Наталья, прям, как моя жизнь на пенсии. Без хребтины ты, девка.
– Эх, зарплата-то большая должна быть, мне бы хоть до конца месяца продержаться, – подвыла Наташа.
– Знаешь, когда силы есть держаться? – прищурилась старуха хитро, – Когда понимаешь наверняка, что будет сатисфакция.
– Что? – молоденькая Наташа художественных книг читала мало и слов таких не знала.
– Воздаяние, – пояснила Немезида. – Она на тебя орет, а ты терпишь и даже немного улыбаешься внутри себя, потому что знаешь, что отмщение не за горами.
– Ну так откуда ж оно возьмется, это воздаяние?
– Можно организовать, – у старушки от предвкушения приятной работы даже руки затряслись сильнее обычного. – Только я уж от себя немного фантазии добавлю, у тебя-то, видать, все плохо с этим делом. Делаем?