— Эй, прием! Ты опять отключилась? Набиваешь цену за свои потаенные мыслишки? — Лицо Арчи возникло перед моим взором, которым я, как оказалось, уже какое-то время гипнотизировала кругляшок салями.
— Что? Ты что-то сказал? — Я отложила свой кусок пиццы Пепперони и взяла банку холодного лимонада, чтобы остудить себя от всех этих мыслей. Близость Арчи заставляет меня думать ни о том.
— Я предложил что-нибудь посмотреть, если хочешь. — Невозмутимо повторил парень, явно привыкший к моей способности «зависать» как старый компьютер, кивнув на ноутбук. — Или ты готова лечь спать?
— Ничего не имею против хорошего кино на сон грядущий. — Уверила я Арчи, распахнув глаза чуть шире, чтобы он, не дай Бог, не заметил своим проницательным взглядом в них и намека на сонливость.
Хоть стрелка часов давно перебралась за полночь, и все Золушки давно превратились из принцесс в падчериц, я отогнала от себя мысли о сне. Мне хотелось больше времени провести с Арчи. С другой стороны, лечь с ним в одну кровать, накрыться одеялом… Станет ли это продолжением прерванной сцены? О том, чтобы спать на диване, я уже не помышляла.
Мне было комфортно здесь, рядом с ним, как будто я пол жизни провела рядом, а не пару месяцев. Да и можно ли измерять чувства часами? Не важно, знаете ли вы человека день, месяц, или десять лет. Главное то, что вы ощущаете рядом с ним. В конце концов, новый знакомый вполне может вознести вас до небес одной своей улыбкой, а тот, кого вы знаете всю жизнь, разрушить вас и сказать, что так и было. Это люди, и ничто им не чуждо. Так что, надо жить моментом. Жить «сейчас». А сейчас я рядом с самым потрясающим парнем и собираюсь насладиться этим полностью, без «но» и «если». Когда я это поняла, обладатель моего внутреннего голоса принялся аплодировать стоя.
— Хорошее кино — понятие растяжимое. Особенно когда сталкиваются разные вкусы. — Философски прокомментировал Арчи, водружая на место импровизированного стола ноутбук и убирая с кровати лишнее. — Еще пиццу?
Я отрицательно покачала головой, понимая, что еще один кусочек, и я тресну по шву. Осознав, что я переела, я с испугом тронула свой живот. Заметив выражение моего лица, Арчи тоже забеспокоился и перестал скидывать мусор в опустевшие пакеты от провизии.
— Ты чего? Живот болит?
Я отрицательно замотала головой:
— Я наелась. — Честно призналась я, не в силах скрыть испуга.
Плечи англичанина заметно расслабились:
— И? Это плохо? Ты вспомнила, что не ешь после шести?
— Нет, просто… — Теперь внимание, более неловкий ответ придумать вы не могли: — Сейчас у меня появиться животик и как ты будешь меня обнимать?
Арчи будто оцепенел, внимательно смотря на меня и пытаясь понять по мимике, шучу ли я. Но я была серьезна. Абсолютно. Вот так: девочка уже не прячет шрамы, зато расстраиваться из-за лишней складочки жирка на животе.
— Господи, Вея. — Я уже была насуплена, ожидая, что Арчи начнет ржать надо мной, как конь, но его голос не выражал смеха. Я исподтишка глянула на парня, так и стоявшего рядом с кроватью. Он смотрел на меня, высоко подняв красивые брови и распахнув глаза. Бросив пакет на пол, скользнул на одном колене по кровати прямо ко мне. — Ты чертовски милая.
Это признание и поцелуй, последовавший за ним — не та реакция, что я ожидала на свое провальное признание. Но это и было здорово.
«Ты чертовски милая» — пронеслось у меня в голове голосом британца, заставляя едва ли не мурчать от разлившегося по телу тепла и удовольствия.
Следующая мысль была: «А может ну его, это кино?». И я притянула к себе брюнета еще ближе, позволяя ему обнять меня. Неожиданно громкий удар закрывающейся входной двери и дикий хохот людей, явно вошедших в квартиру, заставил меня вздрогнуть, а Ханта остановиться.
Мы оба замерли, посмотрев друга на груда с удивлением. Но уже через секунду синхронно начали смеяться.
— О-ох, черт. — Простонал Арчи куда-то в район моей шеи, пытаясь перестать смеяться, что у него, впрочем, плохо выходило.
— Это твой сосед? Тот, который редко появляется? — Спросила я, вытирая с правой щеки скатившуюся от смеха крупную слезу.
— Бывший сосед. — Поправил меня парень, поднимая лицо и продекламировав: — Утро все ближе, трупов все больше. Скоро в этом доме не останется ковров, чтобы их прятать.
— Тогда тебе понадобятся мои пугающие навыки маньяка. — Уверила я его в своей незаменимости.
— Договорились, партнер. А если нас найдут, я возьму вину на себя. Будешь ждать меня из тюрьмы?
— Безусловно. Я даже просмотрю все фильмы про побеги и помогу тебе сбежать от правосудия.
Парень чмокнул меня в нос, заставляя зажмуриться от удовольствия:
— Ты идеальная девушка.
— А-арчи, не спишь?! — Дверь в комнату отварилась без стука и едва ли не с пинка. Я не успела среагировать или даже выглянуть из-за плеча нависшего надо мной парня, как веселый голос ночного визитера сменился лепетом: — Ох, твою… В смысле, простите! Я же не знал! Просто горел свет, и я… И я уже ухожу!
Еще один громкий стук двери об косяк известил нас о том, что сосед Ханта действительно ушел. Кажется, он не умеет тихо закрывать двери.
Мы же с Арчи снова засмеялись, а я еще покраснела, как маков цвет. Да уж, ситуация.
— Думаю, мне стоит выйти к нему, пока он не сделал свои выводы. — Сказал Хант, в очередной раз скатываясь с меня.
И снова я почувствовала, как потрясающе тепло и комфортно рядом с ним. И почему вся вселенная сегодня против того, чтобы мы были рядом? Может, это намеки? Тогда я их не понимаю. Вот если в окно влетит шаровая молния и подожжет кровать, тогда я подумаю.
— Ты хочешь познакомиться с ним? Он вообще то классный парень.
— Не сомневаюсь. Но я сделаю это как-нибудь в другой раз. Когда на мне будет больше одежды и картинка того, как я лежу под тобой, не будет так свежа в его памяти. — Пообещала я.
Хант вышел из комнаты, прихватив мусор и остатки пиццы, и вернулся минут через пятнадцать. За это время я успела продолжить начатое парнем: поиск фильма перед сном. Ну как, начатое, он разблокировал свой компьютер и открыл браузер. Все.
Ну, а в том, что теперь мы точно ляжем спать, я не сомневалась. Когда за стеной находится явно не один его сосед, а также его друзья, что я определила по многочисленным голосам, как-то не до первой ночи. Во всех смыслах этого слова. Интересно, а какая это ночь у Ханта? К слову, должна ли я упомянуть о своей неопытности… Ладно, о полном отсутствии опыта в таких делах, или и так сойдет?
Если честно, все эти романные фразочки и диалоги между главными героями в момент страсти в стиле:
«— Я… Я девственница, Джони (Бруно, Мартин, Терри или иное имечко горячего мачо…)
— Ты хочешь, чтобы я остановился?
— Нет, просто будь нежнее…».
Меня всегда вымораживали и вызывали рвотные рефлексы. И уж явно такие фразы не выражали важность момента, который автор пытался изобразить через трепещущие реснички нашей девственницы и опытного мужика, пышущего на нее тестостероном.
Но может, об этом стоит предупреждать, чтобы потом не было «ой»? Эх, и даже посоветоваться не с кем. Я прикрыла глаза, пытаясь представить, что бы сказали мои подруги. Наверняка, Эшли бы смеялась над моими мыслями. А вот Эм бы сказала что-то дельное. Хотя… Скорее всего это было бы: «Ты, главное, не забудь предохраняться, окей?». А Ками бы просто густо покраснела, начиная с ушей.
Щелчок двери увел моих подруг из моих воспоминаний. Я открыла глаза, посмотрев на Арчи.
— Засыпаешь?
— Нет, задумалась. Как твой друг? Сделал «свои выводы»?
— Ну, он рад, что я не гей. — С серьезным видом заметил Хант, заставляя меня засмеяться. — И извиняется перед тобой. Зато теперь Лукас чувствует себя виноватым, поэтому через два часа достанет нашу одежду из стиральной машины и повесит сушиться. Он даже напоминание поставил на телефон.
— О, наша дружба с… Лукасом начинается со стирки моих джинсов? Это здорово, правда. Думаю, он проникнется ко мне глубочайшей симпатией.
— Нет, ваша дружба началась с момента, когда он увидел эти потрясающие, длинные и голые ноги. — Арчи внезапно схватил меня за щиколотку, заставив взвизгнуть, и бесстыдно приподнял мою ногу довольно высоко, демонстрируя мне. — Как считаешь, когда он достанет твои штаны, он будет думать о них?