Арчи внезапно остановился посреди тропинки, по которой мы шли, скрываясь от знойного солнца под кроной деревьев. Он взял пальцами мой подбородок, приподнимая лицо. Наши взгляды встретились, и я с удивлением увидела в глазах Арчи такое безграничное тепло и доброту, причину которых было сложно объяснить.
— Вея, ты замечательная. Я уже говорил тебе это?
— Мм… Не припомню. — Хитро улыбнулась я, напрашиваясь на еще одну порцию комплиментов. Это внезапное заявление, впрочем, заставило мои щеки заалеть.
— Тогда я готов повторить тысячу раз: ты прекрасное создание, Вивея Прей. Я восхищен тобой.
Второе заявление заставило меня вовсе затаить дыхание, с таким жаром и надрывом оно было произнесено. Затем Арчи, не отрывая глаз от моего лица, наклонился и поцеловал меня. Медленно и нежно, как будто смакуя изысканный десерт, пробуя на вкус, чтобы никогда не забыть.
Я, как и всегда, отвечая на ласку парня, вся потерялась в нем. Как будто одно его прикосновение заставляло меня терять свой собственный рассудок и становиться его продолжением. Или же мы просто становились единым целым?
Трели птиц, подглядывающих за нами с веток деревьев, и прочие лесные звуки стихали в моих ушах, уступая место стуку сердца. Будто кто-то убавлял звук.
Едва я положила руки на шею парня, желая притянуть его ближе, как телефон в кармане джинсов ожил и пиликнул, оповещая о входящем сообщении. Я нехотя оторвалась от Ханта, возвращаясь с небес на землю:
— Телефон. — Пояснила я, все еще не открывая глаз и находясь вблизи губ Арчи, не в силах отодвинуться дальше, чем на пару сантиметров.
— Посмотри, вдруг мама. — В голосе парня слышалась улыбка. Он тоже не отодвигался от меня, поэтому его дыхание скользнуло по моим губам.
Я обиженно вздохнула, на что Арчи вовсе рассмеялся и, чмокнув меня в губы еще раз, разомкнул объятия. Наконец открыв глаза, я выудила из кармана смартфон, который давно не казался мне таким зловредным куском пластика.
— Что там?
— Э-эм… — На экране красовалось сообщение от Саши: «Бонжур, принцесса! Ты как? Какие планы на вечер?». — Это не мама.
Арчи глянул на текст и нахмурился:
— У него с девушкой точно все нормально?
— Только не ревнуй. По крайней мере, ни к нему.
— Потому что?..
— Потому что он — мой друг. Один из немногих… Да и судя по тому, что я видела, у него со Сью и правда все хорошо. Хотя я, конечно, в шоке от его выбора, но… — Я развела руками.
— Но как я понял, будь у него выбор между Сью и тобой, он бы выбрал тебя. — Заметил Хант, продолжая наш путь.
Его голос был крайней спокойным, будто он делал заметки о погоде, но я могла поклясться, что за обманчивой невозмутимостью британца прятались нотки ревности. От этого моя душа пела и танцевала джигу.
— Возможно, когда-то так и было. — Честно ответила я. — Но все это — дела из прошлой жизни. В буквальном смысле. А за Сашу и его… Хм… Помыслы, не беспокойся, он верный и честный, он никогда не обидит Сью. Если, конечно, она сама не доведет его до психиатрической лечебницы, что меня бы не удивило.
— В прошлой жизни… — Задумчиво протянул Хант, кидая взгляд на вечнозеленое дерево джекфрута.
Оно было невероятно высоким, даже по местным меркам. Может, он жалеет, что не может запечатлеть его? Рюкзак с фотоаппаратом и сейчас был при Арчи, но, увы, никакой ценности его груз не нес. Парень собирался зайти в мастерскую, чтобы починить его. Или, хотя бы, попытаться. Мне же было больно и даже стыдно вспоминать обломки фотокамеры. Хотя, казалось бы, я не пихала Арчи в драку, но все равно чувствовала, будто убила его любимого хомяка.
— Ага. Как минимум там не было тебя, Хант. — Поставила я точку в его размышлениях, а затем и в нашем коротком путешествии: — Ну, мы дошли.
Мы действительно выбрались из зеленого плена растений и попали в коттеджную зону местных жителей. Я уже видела свой дом, который возвышался над остальными на этаж. Мама любит размах.
— Я думал провести тебя домой.
— Нет, я сама дойду. — Улыбнулась я, и мысленно добавила: как минимум потому, что в прошлый раз солгала тебе о своем месте жительства и еще не придумала, как объяснить смену адреса. — А ты, беги, попробуй реанимировать своего друга.
Я кивнула в сторону сумки парня, намекая на фотоаппарат. Арчи с улыбкой притянул меня за руку и поцеловал в щеку:
— Я напишу тебе. И не ходи гулять с Сашей наедине. Мы же не хотим оставить и тебя без друга.
— А что, ковров в твоем доме еще много?
— Больше, чем ты можешь представить. Я планирую оптовый заказ. Кажется, если я хочу встречаться с тобой, они мне понадобятся.
— Несомненно, Хант. У меня же та-а-ак много поклонников. — Фыркнула я и, прежде чем Арчи попытался в очередной раз сменить мой скепсис, сказав что-то, способное вывернуть мою душу наизнанку, я легонько толкнула его в грудь. — Беги, давай.
Хант еще раз поцеловал меня, прежде чем испариться в зелени и прохладе леса. Я какое-то время, как дурочка, еще смотрела на место, где скрылся парень. Это нормально, начинать скучать по нему вот, например, сейчас? Если нет, то сколько надо выждать, чтобы соскучиться, при этом не получив клеймо яндере*, как бешеные девчонки из моих видеоигр?
Пока я шла домой, осознала, что хочу сделать что-то для Арчи. Вот желаю и все. Может, пикник? Я могла бы попросить у Розиты помощи и собрать нам корзину с едой. Или это слишком мило? Но ответ пришел сам собой: Арчи нужны не крекеры и сэндвичи, ему необходим новый фотоаппарат! Ну, конечно! Ведь для Ханта его аппаратура, как для меня, например, мой браслет.
Я кинула взгляд на запястье, ожидая увидеть, как солнечные лучи играют с подвесками и…
— Что? — Выдохнула я вслух, остановившись как вкопанная рядом с виллой Райсанов.
Я посмотрела на вторую руку. Затем опять на левую. Еле сдержалась, чтобы не встряхнуть ей, ожидая, что браслет скатится с локтя или еще откуда… Но чуда не произошло. Браслета не было.
Внутри меня будто что-то ухнуло вниз: оборвалось от сердца и разбилось прямо в кедах. Глаза и нос защипало. Нет. Глупости.
Я затрясла головой, как умалишенная и зачем-то полезла в сумку. Будто в надежде, что я страдаю лунатизмом и положила браслет ночью в нее или в пакет с сувенирами. В отчаянной попытке найти браслет я перестала перерывать содержимое моего баула и с рычанием вытряхнула все прямо на чистую дорожку из камня, за которой мистер и мисс Райсан ухаживали, как за ребенком. Сразу упала на колени рядом с кучей «незаменимых» вещей, высыпавшихся в виде горки и стала перебирать их, швыряя обратно в сумку.
Бледно-розовая помада, которой я накрасилась перед концертом, фиолетовая матовая помада, которой я даже не планировала пользоваться, ключи, салфетки, наушники, очки, жевательная резинка, и даже, черт возьми, корешок от билета в кино, хотя я не была там сотню лет! Но браслета не было. Нет. Я не могла потерять его. А если могла? То когда? Может, в квартире у Арчи? Или, еще хуже, на концерте? В этой давке было бы не удивительно, но все же…
Я прикрыла рот рукой, в попытке не завопить, еле сдерживаясь, чтобы не укусить свой кулак с той же целью и, сидя на каменной дорожке, уставилась на зажатый в руке билет. «Зверополис». Кажется, это один из последних фильмов, точнее, мультфильмов, на который я попала вместе с подругами. Помню, Эми влюбилась в мультяшного Ленивца и всю дорогу на обратном пути пародировала его голос. На вопрос Эш, пойдем ли мы в кафе, Эмили протяжно растянула: «В ка-а-а-ак-о-о-о-о-е ка-а-а-а-а-а-аф-е-е-е-е-е ты-ы хо-о-о-о… Како-о-ой бы-ы-ыл вопро-о-о-ос»? А уж как она говорила с официанткой, делая заказ! Мы думали, что смертельного исхода не избежать: либо мы задохнемся от смеха, либо официантка нас убьет, либо всей честной компаний мы умрем естественной смертью от старости, когда Эшли дойдет до заказа десерта.
Сейчас, неожиданно вспомнив это, я не смогла сдержать улыбки, а затем и какого-то судорожного смешка, вырвавшегося из груди. Господи… Как я люблю их. Как я безумно люблю их! И как мне их не хватает…
— Вивея? — Я подняла мокрые глаза, быстро вытирая ладонью лицо от уже взявшихся откуда-то слез. Ну, нельзя же столько плакать, в самом деле!