— На ней платье Вашей сестры, — напомнил Кинг, — и она не нарушила ни единого правила этикета.
Купер обессиленно опустился в кресло.
— Да, это так. Но, согласитесь, она будто из древнего средневековья. Дикая, неподобающе грубая... — молодой человек покачал головой, — если бы не ее образование, я бы подумал, что сэр Тауэр нашел ее в порту!
Ретт рассмеялся, запрокидывая голову назад.
— Да уж. Прелестное воспитание сочетается в ней с грубостью взгляда, это Вы верно подметили. Не порт ее взрастил, вероятно, но лес. Как знать, не сида ли она? Но нам здесь, в лишенном женщин обществе, подошла бы и менее привлекательная и разумная особа. Но эта девушка — воистину неординарна. Скажите, встречали ли Вы когда-нибудь кого-либо подобного?
Эдмунд потер виски.
— Просто настоящая Кримхильд.
◈◈◈
Эдмунд вышел в сад, когда прислуга уже отправилась на мессу в ближайшую церковь — а в пути им каждое воскресенье приходилось проводить несколько часов (поместье принадлежало определенному приходу, но стояло на отшибе, отделенное от соседей густым, хоть и небольшим по площади леском). По воскресеньям комнаты были гулко-безжизненны и пусты — и это нервировало. Молодой хозяин не нашел в доме никого из гостей (разве что мистер Тауэр, должно быть, продолжал свое тихое затворничество в кабинете, но вряд ли кому бы то ни было стоило надоедать ему раньше обеда): вероятно, Уолтерс и Ретт отправились на охоту или же, взяв лошадей, решили-таки выполнить свой христианский долг. Но Эдмунд не был религиозен, и ясное солнце, теплый ветерок и прочие дары летнего дня привлекали его куда больше службы. К тому же, выйдя на крыльцо, Эдмунд невдалеке завидел Вивиану.
— Мисс Тауэр, постойте! — крикнул он, спеша к ней, — я бы хотел составить Вам компанию, если Вы не возражаете.
Она обернулась, смущенная, и молодой человек тотчас предложил девушке локоть.
— Пристойно ли мне пройтись с Вами в полном одиночестве? — Вивиана покраснела. Эдмунд пожал плечами.
— Вы единственная женщина в Ламтон-холле. Моя сестра вернется не раньше, чем через месяц. Не сидеть же Вам все это время взаперти да бродить в пресном одиночестве.
— Пожалуй, Вы правы, — кивнула девушка, приняв его локоть, — к тому же, здешний воздух куда как лучше лондонского. Это надо ценить.
— Вы помните Лондон?
— Немного. Суетливое, душное место. Мне больше нравятся луга, холмы...
Эдмунд понимающе улыбнулся.
— Отчего Вы не в церкви?
— Я решил прогуляться.
Вивиана негромко рассмеялась, покачала головой с добродушным укором.
— И это единственная причина?
— Ее не достаточно? А отчего и Вы не на мессе?
Девушка отвела взгляд.
— Я не христианка.
Эдмунд не решился спросить, с чего она это взяла и какой же, в таком случае, девушка веры, и предпочел перевести разговор на другую тему.
— Я закончил медицинское училище, — сказал он, не зная, о чем еще было бы уместно сообщить.
— Вы — доктор?
Молодой человек смутился.
— Я врач, но бросил практику, как видите, и переехал сюда после смерти родителей. Не люблю, когда меня называют доктором.
— Отчего же?
Эдмунд на несколько секунд закрыл глаза, вздохнул.
— Я пошел по стопам отца.
Вивиана смущенно потупилась.
— Разве сожаления — лучшая тема для разговора?
Они как раз дошли до реки и остановились, любуясь видом. Вода волновалась, словно шелковое полотно, мелкие волны, накатывающие на берег, искрились и сияли бриллиантовым блеском, отражая лучи солнца. Вивиана вздохнула, вся обратясь в зрение, впитывая каждое движение воды, мелко и ласково колышущейся от ветра. Когда река была спокойна, она выглядела просто темной, печальной полосой, прорезывающей землю, и наводила на ум только печальные думы. Но тогда – пока ветер играл с волнами, дуя против течения и пуская сверкающие дуги по поверхности воды, река лучилась так, словно текла из самого Аннувна.
— Прекрасный сегодня день... Но, все-таки, наверное, надо было взять лошадей. Вы не устали? — Эдмунд слегка наклонился к Вивиане.
— Нет, — ответила она, не глядя на собеседника, — ничуть. Прекрасная прогулка. Я давно хотела посмотреть на реку. Скажите, Вы не увлекаетесь рыбной ловлей?
Эдмунд изумленно поднял брови.
— Нет... Но, раз Вы считаете, что река просто требует...
Они засмеялись. Вивиана первой замолчала и отвела взор. Ветер стих, и река растеряла свое очарование, от воды повеяло холодом, запахом ила.
— Я бы не советовала, если быть откровенной, — сказала девушка, доверительно коснувшись запястья Эдмунда. — Как по мне, так река просит как раз обратного.
Эдмунд промолчал, только вежливо улыбнулся в ответ.