Уже давно стемнело, когда бородатый закончил рассказ. Африка тревожно поглядывал по сторонам. Было пора прекращать экзекуции и позаботиться о ночевке. Ночная темень и гнетущая тишина окутали нас. Чтобы не возиться с лагерем решили ночевать в ховере. Благо места в нем было предостаточно даже для Моргана.
Мы распределили дежурства. Я сменил Стоуна в середине ночи, но он не спешил ложиться. Открыв дверь, он пригласил меня, махнув рукой и вышел в ночь. Отойдя к камню, где мы недавно допрашивали Моргана, Стоун спросил:
- Ну что думаешь делать дальше?
Подобного вопроса я и ожидал, мы так и не решили, что делать дальше:
- Выбор небольшой. Или ехать в Вавилон, который заварил всю эту кашу, или остаться здесь и пусть себе пулю в голову из вот этого удобного пистолета. – и я указал на массивную кобуру.
- Да Русский, выбор не завидный. Ты знаешь, а я ведь отказался от предложения Венделя! Конечно, он не предлагал убить Моргана, но прозрачно намекал. Он хотел объединить силы нескольких колоний, и я отказал. В этом всём есть и моя вина. Я ждал предательства каждую минуту, но никто не решался. В первую очередь мы прощупывали Мерлина. Морган казался дельным мужиком. У нас было мало конфликтов.
- Все люди ошибаются, но не все ошибки можно исправить.
- Я это знаю. Ты не поверишь, Русский, как хочется исправить, то что я сделал! Всё это, дело моих рук! – последовала долгая пауза, - Но я бессилен, все мы бессильны. Поэтому я здесь! – его голос доносился из темноты. Боль отчётливо проступала в интонации. Такого Стоуна я ещё не слышал. Он хотел мне в чём-то признаться.
- Мы люди и ошибаемся. В этом наша суть. Стараемся исправить, делаем лучше или хуже. Не казни себя. Калдрон не вернешь. Лучше расскажи о том, как на тебя вышли. Каналы связи, это может пригодиться.
Раздался уже более привычный голос с грубоватой интонацией. Стоун стал прежним:
- Несколько раз. В одном из рейдов, рядом с Калдроном, я увидел на скале цифры знакомой частоты. Надписи не редки, многие люди оставляли так память о себе. Но эти цифры были особенными. Их мне дал один парень на моей последней арене. Сам понимаешь, был он из Вавилона. Я включил приемник, на эту частоту. Радио пашет, только в пределах периметра. Дать сообщение за его пределы нельзя, зубной барьер блокирует радиоволны. Надеяться было глупо, но эти черти передавали в пределах нашей территории.
- Ты с поймал их сигнал?
Он вздохнул, устало повел плечами и продолжил:
- Да, они предложили встретиться, рядом с колонией. Я согласился, пошел один, ночью. Там и увидел одного из них. Он предложил сотрудничество. Разговор был не о чем, присматривались друг другу. На последок он просил, чтобы я держал приемник на этой частоте. И слушал его после заката, когда могу. Я обрадовался, что на Вивусе есть кто-то, кто хочет изменить, все это дерьмо, что здесь творится. Люди решили изменить свою жизнь.
- Второй раз я встречался с ним спустя четыре месяца. Уже после того, как ты отправился на арену. Он рассказал о Большой игре и предложил и стать главным в курятнике, обещая поддержку.
- Но ведь Морган говорил, что та группа попала в засаду. Это было до того, как ты говорил с Вавилоном. Мой первый рейд.
- Да я знаю, тут и начинаются не состыковки. Зачем им валить моих надежных парней, и предлагать мне становиться бугром всего Калдрона. – махнул Стоун рукой куда-то в сторону и приблизился. Вспомнился виноватый взгляд Владислава, когда мы покидали арену. Возможно он тоже знал о перевороте. Для доктора он был слишком амбициозным.
- Можно спросить об этом Моргана. Только он вряд ли что-то добавит. Так или иначе, всё затевалось Вавилоном.
- Морган уже всё рассказал. В тот раз я согласился, только ничего делать не стал. Они бы меня оттуда не выпустили. Я ждал, когда Морган, Мерлин или Чарли проявят себя. Если, честно, ставил на Чарли, но, оказалось, что ошибся. Похоже тот патруль розовых слонов, что пропал в твое отсутствие, тоже не случайность. Вавилон хотел объединить ресурсы для предстоящей большой войны. Только вот способы уж, больно грязные. У меня такое ощущение, что это всё вообще самодеятельность, плохо продуманная и спланированная. Может быть в Вавилоне такое положение дел не все разделяют.