- Ковальский, какой же вы идиот и те, кто вами командует! Вы не видите очевидных вещей. Морган ублюдок, а Мерлина я даже не знаю как назвать. Вы разрушили поселение людей и обрекли на смерть сотни человек, а теперь не хотите верить в то, что ваши ставленники такие же убогие засранцы как и вы. – от злости я стал задыхаться, пришлось выдохнуть прежде чем продолжить. – У нас не сошлось ещё там на арене, надеюсь, вы реализуете свои амбиции здесь. Нам, правда, некуда идти. Вы всё уничтожили. Морган нам все рассказал, про Барноби и вашу первую попытку прибрать к рукам Калдрон, про банки с живым и пропавшие разведгруппы. Вы воняете еще хуже, чем эти дохлые креветки! – и я сплюнул себе под ноги.
Во взгляде Ковальского поместился бы целый океан торжества. Он просто упивался собой:
- Артем, очень жаль, что вы встали не на ту сторону. Вы бы смогли прижиться в нашем обществе. Но вы тоже не без греха. Помните наше с вами пребывание на арене? Вы хотели власти, вместе с тем стариком оттеснили меня от командования. Только чудо нас спасло тогда. Вы такой же как все! Жадный, самолюбивый, эгоистичный. Я вас уже давно раскусил! – последние слова он сказал протяжно на высокой ноте.
Я посмотрел на Стоуна, но он предупреждающе покачал головой и ухмыльнулся:
- Нет, Русский! Я хочу посмотреть этот спектакль столько, сколько смогу. Впервые мне интересно, что будет дальше.
Нас разоружили, связали руки за спиной и усадили в грузовом отсеке ховера. А вот Зои наоборот куда-то увели. С нами теперь ехало еще двое вояк, и уже знакомый сержант Рамке. В молчании мы тряслись около часа. Затем последовала длительная остановка, прервавшаяся выстрелами из автоматической пушки невдалеке. Серия разрывов, стук комков земли о броню. В наш ховер тут же забежало еще несколько человек и мы тронулись.
Один из новоприбывших был вавилонцем, а вот двое других из Калдрона. Лысого типа с выбитыми передними зубами я видел в команде Мерлина, а чернявый высокий азиат входил в одну из маленьких самостоятельных банд. Эта парочка принялась волками смотреть на нас, но к счастью вели они себя тихо. Перестрелка все продолжалась. Сухое буханье автоматической пушки слышались даже сквозь мощную какофонию, которой непременно сопровождалась передвижение ховера по бездорожью. Где-то левее изредка громыхали взрывы, пару раз по броне застучали осколки. В темном чреве машины все ощущалось намного тяжелее. Давила неизвестность, которую только усугубляли путы. Наши конвоиры нервничали, но по их разговорам нельзя было понять, что происходит. Они знали ровным счетом столько же, сколько и мы. Патруль на броневичке заметил мохнатых, и начал прикрывать отход. Гонка продолжалась несколько часов, не раз ховер подпрыгивал на кочках и ухабах, скрипя механизмами, и сбрасывал нас с сидений словно бешенный скакун. В одной из подобный эскапад я даже разбил губу. Потом машину перестало бросать. ховер стал ехать спокойней, мы оторвались. Остановка произошла на закате. Самом красивом закате, который я видел на Вивусе.
На горизонте небо отливало золотом постепенно переходя в серебро над головой. Неизвестный смотритель стер вечную серую пыль купола, обнажив ослепительную красоту гаснущего солнца. Его лучи еле заметно касалось лица, лаская кожу теплыми невесомыми пальцами. Близлежащие каменные гряды отливали желтоватыми язычками и казались не мрачными каменными свидетелями былых эпох, а смотрителями нового яркого мира. Сердце запело, боль в связанных руках улетучилась и я понял, чего мне не хватало здесь. Солнца. Светило разогнало унылость, сняло серую пелену наполнив душу надеждами. Стало хорошо, несмотря на резь пут в запястьях. Но всю прекрасную картину вмиг уничтожила мерзкая бородатая харя.
- Что не ждали, ублюдки. Думали я кони двину, тупые идиоты! Морган всех вас переживет! – шепеляво выплевывал мерзкий рот, лишившийся накануне передних зубов.
Сзади послышался голос Стоуна:
- О, мерзкая обезьяна! Живая еще. Вижу ты и свою подружку притащила. Помирились уже!
Морган было бросился с кулаками, но его остановил Рамке махнув стволом.
- Мы еще сочтемся. Я вас на куски порежу, приедем в Вавилон! Понял Стоун! Это все ты, ты уничтожил Калдрон? Ублюдок, мы с тебя все спросим! – кричал Морган, уверенным в нашей вине голосом. Поодаль, проявляя не в пример меньше эмоций стоял Мерлин и еще человек шесть-семь. Все выжившие в мясорубке.
Подошел Ковальский и приказал Рамке угомонить Моргана, тот все изливал фонтаны дерьма на наши головы. Полковник сиял, словно съел коробку леденцов. Хотя чему было радоваться, погибли сотни человек, по нашей или чьей другой вине.