Вот через год опять же против «Крылышек», уже в Куйбышеве, мы сыграли с ним действительно, как в лучшие времена молодости. Кузьма два мяча забил.
В том же шестьдесят пятом году после победы над «Крылышками» мы две игры сыграли вничью, причем оба раза 0:0.
Но игра нападения завязывалась.
Я вот честно не помню, в какой игре забил первый гол по возвращении.
Я знал после матча в Баку, что свое забью, но мне важнее было ощутить тогда другое. Хотя, конечно, никакой нападающий не может относиться равнодушно к тому, что не забивает. И понимаю зрителя, который осуждает нападающих, не способных забить гол.
С первого выхода на поле в составе нового для меня «Торпедо» я почувствовал, что играю иначе, чем прежде. Хуже, лучше — я еще не понимал. То есть правильно я играю или не правильно — так будет вернее сказать.
Мне всегда было важно сыграть правильно.
От правильного для меня и начинается хорошая игра, когда ты в малой степени зависишь от удачных или неудачных обстоятельств.
После игры с «Нефтяником» я для себя понял, что сыграл, скорее всего, не лучшим образом, но правильно.
Перестраиваться специально мне не пришлось, все необходимые изменения произошли внутри меня естественно. Поэтому я могу смело прислушиваться к себе и себе верить.
Я очень много говорю о себе, вспоминая о том времени, но именно в то время, по мнению многих, я играл исключительно в пас. Кое-кто утверждал, что я просто не решаюсь сыграть индивидуально.
Но я-то знал, что, как только полностью войду в форму, все образуется. Я-то чувствовал, что игра вот-вот пойдет.
Мне нужно было показать свою полезность всем партнерам по атаке, мне нужно было полное их доверие ко мне как к лидеру.
Теперь я по-другому, чем в молодости, понимал задачи лидера.
В молодости я обижался, когда мне вовремя не отдавали мяч — я же был готов, заряжен, знал, как и когда открыться, верил в себя при единоборстве с любым защитником. Конечно, далеко не все выгодные ситуации я использовал, но промахи меня тогда меньше смущали, у меня не было сомнений, что все поправимо.
Сейчас я хотел быть полезен молодым партнерам своими пасами. Сейчас я лучше, чем прежде, понимал, зачем я вижу всю «поляну». Все мгновенно приходившие мне в голову ходы я представлял не иначе, как при участии того партнера, чей шанс поразить ворота казался мне предпочтительнее, чем мой. У меня и прежде, и теперь был идеальный партнер — Кузьма. Но мне все больше нравилось открывать возможность сыграть остро с тем, кто пока еще не привык играть в тот футбол, который так любили мы с Ивановым.
Поддержка новых партнеров заключалась в их понимании предлагаемого мною — для их же пользы и успеха предлагаемого.
Вероятно, от меня поначалу ждали чего-то другого. Те, кто и не играл со мной, и вообще меня не видел, представляли меня, возможно, каким-то барином от атаки, которому надо угодить.
Но я никогда барином не был — кажущаяся статичность моей игры, как я здесь уже говорил, объяснялась только моими физическими особенностями. Игра в пас мне всегда была интереснее. Кузьма, конечно, очень много для меня делал, но я всегда старался ответить ему тем же. Другое дело: ни в клубе, ни в сборной я не имел права ни на кого перекладывать ответственность при завершении атаки. Форвард должен забивать — и я забивал. И в молодости, и потом. Но с годами я все больший интерес испытывал к организации игры всего нападения. Я уже знал, что самая высшая радость в футболе — контакт с умным игроком.
…В пятом туре первого круга мы выиграли, наконец, с крупным счетом — 5:0 — у «Торпедо» из Кутаиси.
Потом мы выиграли у «Шахтера» и догнали ЦСКА и киевское «Динамо».
Киевляне выглядели сильнее других. Уже было понятно, что в нынешнем сезоне не тбилисцы, а они могут рассчитывать на первое место.
Киевское «Динамо» тренировал Маслов, человек, с которым у торпедовцев было многое связано. Мы очень любили его. Жил он по-прежнему на Автозаводской, и, когда «дед» бывал в Москве, мы к нему обязательно заходили, беседовали, ничто нас не разделяло. Но мы знали, что Маслов, приведший «Торпедо» к самой большой победе, не может не обижаться на руководителей команды, поступивших с ним, как многие считали, несправедливо, отказавшись от его услуг, когда команда на следующий сезон после дубля скатилась на второе место и проиграла финал кубка «Шахтеру».
«Дед», как мы догадывались, ставил целью доказать свою тренерскую правоту. И как бы доброжелательно он к нам ни относился, выиграть именно у «Торпедо» ему было очень важно и лестно.
Поэтому на матч с киевлянами, к тому же лидирующими, мы настраивались, как в лучшие свои дни. И после победы над ними вышли вперед, оторвались от главных конкурентов (Единственный мяч в ворота киевских динамовцев забил, обыграв финтами трех защитников, известный нам молодой форвард, который тогда в Мячкове по-мальчишески приложил, как примерил, к своей ноге стрельцовскую бутсу. — А. Н.)