Победу над лидером собрались отметить у меня на Автозаводской — пришли почти все наши игроки с женами. Не всегда на таких семенных торжествах речь идет только о футболе, но в тот вечер говорили в основном о наших торпедовских задачах в предстоящих матчах.
Мы уже почувствовали, что киевляне во втором круге еще прибавят в игре, но продолжали верить в себя. Вернее, после того как мы вышли в лидеры, у нас не оставалось сомнений, что если нам приналечь, вполне можем на первое место рассчитывать. Никому из собравшихся у меня в тот раз не казалась недостижимой такая цель.
Разговаривали откровенно и по-деловому.
Момент для разговора был очень удачный. Дела в команде вроде бы налаживались, и каждый сейчас мог без обиды выслушать критические замечания. После поражений такие замечания обычно воспринимаешь хуже, многие начинают оправдываться, и спокойного разговора не получается.
А здесь мы, нападающие, сказали защитникам и Воронину с Бредневым, которые умели помочь очень крепко обороне: «Обеспечьте надежность своей линии, а мы обещаем забивать в каждой игре, даем слово…»
Защитники нас не подвели. В одном, пожалуй, только матче — в игре второго круга против динамовцев Киева — они сыграли неудачно. В остальных же случаях защита была на высоте. Центральный защитник Слава Марушко и к атакам подключился. А полузащитники Воронин, Бреднев и Линев вместе забили двенадцать голов (причем Воронин семь). Нам же, нападающим, сдержать свое слово оказалось довольно трудно. Все же, мне кажется, и нам кое-что удалось. Правда, у ЦСКА, «Шахтера», «Зенита», «Спартака» и ростовского СКА мы выиграли со счетом 1:0.
С «Шахтером» мы играли в Москве. После победы в первом круге в Донецке 3:0 можно было рассчитывать, что и в Москве игра сложится. Но «Шахтер» цепко оборонялся. Особенно выделялся Владимир Мещеряков. В сезоне шестьдесят четвертого года Мещеряков полезно играл стоппера «Торпедо», но весной следующего года у него случился конфликт с тренером, и нашу команду он покинул. Со мной он играл и тренировался мало, но Кузьму знал, конечно, очень хорошо. И сыграл против него удачно. Гол «Шахтеру» забил я — пробил с линии штрафной площадки. Это уже был период, когда я превратился в забивающего форварда и почаще стал брать на себя право завершения атаки.
Со «Спартаком» игра складывалась тоже трудно. Нам били пенальти, и, к счастью для нас, удар пришелся в штангу. А во втором тайме вышедший на замену Борис Батанов забил свой единственный в сезоне, однако такой важный мяч.
Бориса я бы тоже отнес к игрокам объемистым, но умеющим в то же время и ювелирную работу исполнять. Не видел Батанова в лучшие, по общему мнению, его сезоны. Тем не менее, и по сезону шестьдесят четвертого года о нем можно было судить как о ключевом игроке «Торпедо». В шестьдесят пятом году он сыграл чуть больше половины игр. В начале сезона тренеры были не очень им довольны, не ставили его в основной состав, он обижался. Но ближе к решающим нашу судьбу матчам Борис, игравший за дубль, заметно улучшил физическую форму и сразу стал необходим в основном составе. В самых важных играх он оправдал полностью наши надежды.
У «Нефтяника» мы не смогли взять реванш в Москве — сыграли 1:1. Со счетом 1:1, как и в первом круге, закончилась наша игра с тбилисцами.
Две игры мы проиграли — московским и киевским динамовцам.
Самой крупной была победа над ташкентским «Пахтакором» в Москве — 4.0. «Пахтакор» в том сезоне вошел в первую десятку и совсем неплохо провел ряд игр (мы с ними в Ташкенте ничего не смогли поделать в начале сезона). Но вспомнилась эта игра не из-за «Пахтакора», а из-за того, что в том матче мы в атаке действовали совсем раскованно и понимали друг друга вполне не только мы с Кузьмой, но и все, кто действовал в линии нападения. Мне показалось, что партнерам легко, без напряжения играется со мной. А мне ведь больше ничего и не надо. Когда я понят — и мне на душе легче, я могу показать, на что способен.
Мои проблемы как форварда, вернувшегося в изменившийся футбол, возможно было разрешить, хочу еще раз подчеркнуть, только при чуткости партнеров к моим предложениям.
…Когда-то я мог определенно сказать, с кем из защитников мне играть потруднее, — с Башашкнным из тогдашнего ЦДСА.