-- Вы никогда не видели "ведьмино кольцо"? Это такая лысая круглая поляна, вокруг которой растут целые заросли грибов. Своими корнями они душат, убивают все кругом...
Он уговаривал сам себя, и смотреть на него мне было невыносимо.
-- Это вы с кем здесь пировали? -- спросила Лаврова, показывая на грязный, заваленный объедками, пустыми бутылками, консервными банками стол.
-- С Крестом, -- сказал Белаш. Я спросил:
-- Значит, у вас канала связи с Крестом нет?
-- Нет. Он всегда появлялся неожиданно.
-- Он не говорил, когда будет у вас в следующий раз?
-- Он этого никогда не говорил.
-- Вы можете установить какую-то периодичность его визитов?
Белзш покачал головой.
-- Как вы думаете, Крест живет в Москве?
-- Скорее всего нет. Вообще разговора об этом не было, но однажды он сказал: "Ты через полчаса в постели, а мне еще пять часов до дома топать".
-- Номер его машины вы не рассмотрели?
-- Нет. Но если бы я даже знал его назубок, вам бы это все равно не принесло пользы.
-- Почему?
-- Вы еще плохо знаете Креста. Он продумывает все -- до мельчайших деталей. И скорее всего на его машине стоит чужой номер. Во всяком случае, когда он приезжает в Москву.
-- Каких-нибудь особенностей, необычных вещей на его машине вы не заметили?
Белаш подумал, развел руками:
-- Обыкновенный "газик". Разве что никелированные колпаки на колесах -обычно ведь на таких машинах нет колпаков...
-- Внешняя манера поведения Креста?
-- Сволочь, -- сказал Белаш. -- Этакий развеселый дядя, бабник типа "скот в сапогах"...
-- Это что-то новое, -- отозвался я. Сообщение меня заинтересовало, потому что на таких субчиков иной раз можно выйти через шлейф покинутых и потом долго неутешных дам.
-- Ничего нового, -- презрительно сказал Белаш. -- Бабник-мародер, что ли. Он мне как-то сказал, что ездит отдыхать в Анапу: "Там мамочки с больными детьми, расстроенные они, обиженные судьбой, очень нуждаются в сочувствии".
-- Н-да, хорошего компаньона вы себе подобрали.
-- Я его не выбирал. Как и вас...
-- Что правда, то правда. Мы вас действительно сами нашли. Только с разных сторон. Одно жаль, что Кресту вы оказали гораздо меньшее сопротивление, чем мне...
Белаш пожал плечами и засмеялся, зло, с повизгиванием:
-- А что в этом удивительного? Крест отнял у меня только совесть, вы хотели забрать все. Да и забрали...
-- Да, -- сказал я устало. -- Но вы забыли, что я пришел, когда совести уже не было.
Пропало у меня почему-то сочувствие к нему -- и в последнем, самом тяжелом испытании Белаш оказался совсем дрянным человеком. И то, что мне удалось остановить поток его жизни и как киноленту пустить его вспять, тоже не радовало, это принесло мне только человеческое разочарование, да и профессионального удовлетворения не было -- скрипки, из-за которой мне пришлось предпринять поход в чужие судьбы, ъ события, отзвучавшие семнадцать лет назад, пройти сквозь вероломство, подлость, обман, -- скрипки не было. Она по-прежнему находилась в цепких жилистых руках человека, который продумывал свои негодяйские дела до мельчайших деталей и твердо гарантировал своим сообщникам, что они никогда не попадутся.
Я даже приблизительно не представлял себе, где и как мы можем искать Никодимова. Устроить засаду в квартире у Белаша? Но когда снова явится Никодимов, неясно, а Белаша все время придется держать дома, чтобы он ответил на предварительный звонок Креста. Это очень сложно -- может, и месяц пройти, пока он явится вновь. Попробовать съездить в Анапу, навести там справки? Дело громоздкое и неверное. Что же делать? И сколько времени он намерен держать у себя скрипку? А вдруг он ее уже сплавил? От этой мысли меня даже замутило -- неужели все, что произошло за эти два месяца, все это зря? Ведь если я даже поймаю Никодимова -- сейчас, когда у меня лежала его фотография, это было вполне реально, -- а скрипки уже не будет, то наступит только возмездие, а мне нужна скрипка...
Лаврова спросила у Белаша:
-- Продукты и выпивка -- из ваших запасов или Крест принес?
-- Крест принес, -- медленно сказал Белаш. -- А что? И я тоже не понял, почему она спрашивает об этом.
-- Ничего, -- сказала Лаврова и повернулась ко мне: -- Такую банку, помнится, я видела на кухне у Мельника...
"Маслята маринованные любительские" -- обычные консервы, мало ли. Мне и в голову не пришло, что обычные маринованные грибы, которые и годятся только на то, чтобы водку закусывать, могут определить судьбу старинной скрипки и поставить точку во всей этой истории, указав логово Минотавра. Минотавра, который предусматривал все до мельчайших деталей, а такой глупости, как пустая банка из-под маринованных грибов, не предусмотрел...
Я позвонил своему приятелю Гусеву -- следователю из отде-ла автотранспортных происшествий.
-- Сережа, есть занятная задачка по твоей части. Не интересует?
-- Нет, -- любознательно ответил Гусев. -- У меня своих задачек полон сейф.
-- Так те ты обязан решать, это скучно, как на уроке. А моя будет вроде субботнего кроссворда -- ради удовольствия...
-- Не морочь голову, дорогой товарищ. Говори, чего надо,-- и салют!
-- Серега, посчитать надо, как далеко могла уехать за пять часов машина.
-- Какая машина?
-- ГАЗ-69. Выехала из центра Москвы около полуночи 12 октября, по метеосводке -- моросящий дождь, в Московской области туман, езды около пяти часов. 12 октября, учти, будний день, понедельник... Приехала машина в Москву, скорее всего проделав этот же маршрут, и колесила целый день по городу -- так что не исключено, что по дороге заправлялась бензином...
-- Подожди, -- сказал Гусев. -- Я посчитаю...
Он, видимо, сверялся с картой, что-то недовольно бурчал себе под нос, потом сказал:
-- Думаю, что в радиусе Калининской, Владимирской, Рязанской, Тульской, Калужской, Смоленской областей. Плечо перегона не более двухсот пятидесяти километров.
-- Что же это получается -- всего пятьдесят километров в час?
-- Максимум. Ты ночью сядь в "газон" да в дождь, да при встречном грузовом движении -- попробуй больше проехать.
-- Обязательно...
-- Вы себе консервную банку представляете? -- строго спросила меня Лаврова.
-- А что, похоже, что я уже и этого не соображаю? -- осведомился я.