На середине списка он остановился, сделал пометку, медленно продолжил, опять остановился, подергал себя за мочку уха, едва заметно покачал головой и перешел к следующему названию, которое пометил сразу же и без колебаний. В конце списка он сделал еще одну пометку и протянул справочник Люси.
— Садись за мой стол и позвони по тем номерам, которые я отметил. Будешь звонить по первому номеру, позови Неда Бейкера. Ни с кем другим не разговаривай. Если он подойдет, представься ему — ну… как Эдит Лейн, например, — что-нибудь, что звучит не слишком фальшиво. Спроси, есть ли у него фотоаппарат со вспышкой, и скажи, что сегодня вечером у тебя будет для него работа. Узнай, сколько это будет стоить, если между семью и десятью вечера он приедет по твоему вызову и сделает пару снимков. Не говори ему, что именно он будет снимать. Черт, ну ты знаешь, о чем я говорю. Мне только надо знать, берется ли он за подобную работу.
— Итак, мы ищем человека, который сфотографировал Ванду Уэзерби и мистера Флэннагана, — догадалась Люси.
— Совершенно верно. С такими просьбами, как правило, обращаются к частным детективам. Большинство из них не станут заниматься подобными вещами, но вот здесь я отметил троих, которые могут оказаться не столь щепетильными. — Он подошел к картотеке, выдвинул второй ящик и вынул из него бутылку коньяка и бумажный стаканчик.
Люси набрала номер и попросила к телефону Неда Бейкера. После небольшой паузы она произнесла:
— Понимаю. Нет, я не хочу оставлять свое имя. Я попробую позвонить еще раз в течение этой недели. — Она положила трубку и повернулась к Шейну. — Мистер Бейкер сейчас в Вашингтоне по делам.
— Так или иначе, я не хотел бы, чтобы это оказался Нед, — ответил он. — Набери следующий номер и позови Джеда Пурли. — Он отхлебнул из стаканчика и медленно подошел к окну, выходящему на Флеглер-стрит, взглянул вниз на обычную для середины дня толчею,' прислушиваясь, как Люси набирает номер.
— Мистер Пурли? Вряд ли мое имя что-нибудь вам говорит, я Эдит Лейн. Есть ли у вас фотоаппарат со вспышкой, который вы могли бы использовать сегодня вечером? — Она выслушала ответ, потом сказала: — Понятно. Дело в том, мистер Пурли, что я не уверена на сто процентов, что мне понадобятся сегодня вечером ваши услуги, но предполагаю, что все-таки понадобятся… Да… Что фотографировать? — Ее голос сделался тоньше. — Какая вам разница, если вам заплатят? Я думала, для такой работы и существуют частные детективы. Сколько это будет стоить? Хорошо. Мне необходимо, чтобы вы вечером ждали моего звонка, с семи до десяти, тогда я вам дам более подробные инструкции… Сколько? По-моему, это ужасно дорого… Ладно, почему бы мне и не позвонить вам сегодня днем, когда я буду знать все точно… Да. До свидания.
Она повесила трубку.
— Мистер Пурли — из тех частных детективов, которые не очень-то стесняются браться за такую работу. Сто долларов и никаких каверзных вопросов.
Шейн удовлетворенно кивнул.
— Я бы тоже выбрал Джеда. Но все-таки позвони еще в агентство «Уорден». Попроси к телефону Питера Инрайта.
Люси набрала номер, подождала, пока к телефону позвали Инрайта, и завела ту же самую песню. Но содержание ее «песни» вдруг резко изменилось, она явно из наступления перешла в оборону, избегая прямых ответов на недвусмысленно поставленные вопросы. Наконец деревянным голосом она сказала:
— Очень хорошо. Если вы не хотите выполнить мой заказ, я, конечно, не буду вас к этому принуждать.
Она бросила трубку и повернулась пылающим лицом к Шейну.
— Он оскорбился. Хотел узнать, кто мне его рекомендовал, кто я такая, какие я могу дать ему полномочия и что мне нужно — получить основание для развода или что-то другое.
Шейн рассмеялся.
— Прекрасная работа, мой ангел. Таким образом, у нас остается один Джед Пурли — если только Ванда действительно использовала детектива, а не втянула в это дело какого-то своего приятеля. Ты иди поешь. А я заскочу к Джеду, пока он еще не ушел из своей конторы.
Глава 18
Детективное агентство Джеда Пурли находилось всего в трех кварталах вниз по Флеглер-стрит в старом трехэтажном доме без лифта. Его контора занимала две комнаты на втором этаже между страховым агентством и почтовым отделением.
Дверь конторы открылась, и из нее вышла высокая худая женщина, поправляя на седых волосах соломенную шляпку с узкими полями. Шейн остановился и спросил: