Выбрать главу

Пока Шейн говорил, все смотрели на него, не отрывая глаз. Потом, когда он замолчал, все, как по команде;, повернулись к Флэннагану. Он сидел, сгорбившись, на диване, закрыв лицо руками и раскачиваясь всем своим грузным телом из стороны в сторону.

— Черт побери, а каким образом, — спросил Рурк, — ты убедил радиостанцию в Нэшвилле передавать в эфир все эти выдумки? Я знаю, что ты звонил им сегодня днем по междугороднему, но…

— Я звонил узнать, как именно они объявляют о своих передачах и рабочей частоте, — объяснил Шейн. — Я же не знал, вдруг здесь окажется кто-нибудь, кто слушал их передачи раньше и разоблачит все представление как мистификацию.

— Ты все еще говоришь загадками, — запротестовал Рурк.

— Я же говорил тебе, что тот диктофон может делать все, кроме коктейлей. И в том числе он может работать как миниатюрный радиопередатчик и передавать в эфир то, что записано на пленке. Эти сигналы можно ловить в радиусе более сотни метров на определенной для данного аппарата частоте. Мы установили диктофон в квартире приятельницы Люси, живущей этажом выше. Прентисс просто включил его в условленное время — без нескольких минут восемь, а потом спустился сюда, чтобы убедиться, что все в порядке. Все, что вы слышали, включая кусок песни Бинга Кросби, мы записали сегодня днем в студии Прентисса.

Шейн сунул руку в карман, достал оттуда два сложенных листка бумаги и протянул их шефу Джентри.

— Они пришли чуть позже в другом письме от Ванды Уэзерби. Может, она не сочла нужным посылать все в одном конверте, а может, эта мысль пришла ей в голову позднее, когда она поняла, что и Флэннаган с Хендерсоном могут попытаться ее убить так же, как и Гарли.

— Гарли я пока не выпущу, — проворчал Джентри. — Доктор сказал, что этот его головорез завтра утром уже сможет разговаривать.

— Это дело твое и ребят из ФБР, Уилл. Нападение на федерального служащего — вне моей юрисдикции. Но вернемся к нашему делу, — поспешно продолжил он. — Тим, может, расскажет тебе о мотивах Флэннагана. С Хендерсоном тебе придется разбираться самому. Он считает, что это коммунистический заговор с целью дискредитировать его как борца против общественного строительства, но у меня есть сумасшедшая идейка, что вот этот снимок как-то с этим делом связан. — Он достал из кармана фотографию и отдал ее шефу.

Лицо Шейлы на снимке было почти полностью заретушировано — так что теперь невозможно было узнать ее. Глядя, как меняется выражение лица Джентри, Шейн заметил:

— Если это сделали коммунисты, надо отдать им должное как фотографам. Как видишь, в качестве сцены они использовали спальню Ванды Уэзерби.

Старательно избегая встретиться глазами с Шейлой Мартин, Шейн бросил беззаботным тоном:

— Люси там, наверное, уже все ногти изгрызла, гадая, что же здесь творится, так что я побежал.

Он скрылся за дверью, а Джентри угрюмо обвел взглядом оставшихся, прежде чем обрушить на них лавину неприятных вопросов.

Блондинка сообщает об убийстве

The Blonde Cried Murder, 1956

Майкл Шейн — 27

Перевод с английского П. Рубцова

Глава 1

21 час 28 минут

Эвелин Томпсон неэстетично зевнула, развалясь в кресле у коммутатора отеля «Эдельвейс». Сегодня эта хорошенькая девушка сидела надутая, сердито выпятив губки.

Еще целых два часа до полуночи. Роджер не будет ждать. Она отлично знала, что он не будет ждать. Во всяком случае не два часа. И главное, никакой возможности связаться с ним и объяснить, что произошло.

Вторая телефонистка, которая клялась и божилась, что сменит Эвелин в 10 часов, чтобы та успела на свидание, вдруг позвонила только что и заявила, что у нее болит голова и она не сможет подменить Эвелин.

Болит голова? Ха! У нее язык просто заплетался от джина. Ну хорошо, тебе тоже когда-нибудь придется попросить о подобном одолжении. Тогда увидишь!

Эвелин снова зевнула и похлопала по губам изящными пальчиками с наманикюренными красным лаком ногтями. Все было бы не так плохо, если бы была хоть какая-нибудь работа. После девяти вечера работать на коммутаторе «Эдельвейса» — все равно что работать на коммутаторе в морге. За оставшиеся два с половиной часа из верхних комнат, дай Бог, будет с полдюжины вызовов.