Паттон снова нажал на ручку двери и, приложив губы к замочной скважине, сказал:
— Я полагаю, вы не захотите привлечь к себе всеобщее внимание, мисс Пэйн. Я тоже не хочу этого. Поэтому откройте, а то я воспользуюсь своим ключом.
Секунд через пятнадцать дверь неохотно отворили. Паттон толкнул ее и вошел в спальню, отнюдь не блиставшую тем порядком, который он только что видел в номере 360. Мисс Пэйн слегка отступила, чтобы впустить Паттона, но все еще держалась за ручку двери.
Это была высокая стройная женщина с резкими чертами и острым носом. Ее слегка седеющие волосы были уложены в высокую прическу. Темные глаза ее сердито сверкали. Рукой она судорожно стягивала полу красивого, туго обтягивавшего фигуру халата.
— Как вы смеете? — задыхаясь, спросила она. — Что все это значит?
— Я ищу мистера Друда, — спокойно ответил Паттон, пристально вглядываясь в комнату за ее спиной.
Комната была немного больше, чем 360-я. Двухспальная кровать тоже стояла в простенке между окнами. Легкий бриз с Бискайского залива колыхал оконные занавески.
Постель была аккуратно застелена, и вообще никаких следов пребывания мистера Друда не было, если не считать огромного кувшина почти растаявшего льда, бутылки джина, миксера и двух высоких бокалов, стоящих рядышком на столике в другом конце комнаты.
— Мистера Друда? В самом деле? — провизжала мисс Пэйн высоким неприятным голосом. Она сердито вскинула голову. — Это чудовищное оскорбление!
— Спокойно, мисс Пэйн. — Паттон на всякий случай поднял свою жирную руку. — Дело вовсе не в том, о чем вы подумали. Почему бы паре наших гостей и не выпить по стаканчику на сон грядущий, если это не причиняет никакого беспокойства окружающим. Администрация отеля всячески приветствует приятное времяпрепровождение наших гостей. Но тут несколько иное дело. Мне только что сообщили, что в комнате мистера Друда находится труп.
Паттон нарочно немного повысил голос, произнося последнюю фразу, и расчет его оказался верным. Буквально через секунду дверь большого шкафа открылась, и оттуда вышел мужчина средних лет. Он был в сорочке с засученными рукавами, но без галстука. По лицу его струился пот, полные губы судорожно то открывались, то закрывались, как у рыбы, вытащенной из воды.
Широко открытыми от ужаса глазами он смотрел на Паттона. После нескольких тщетных попыток ему наконец удалось выдавить из себя:
— Труп? В моей комнате, сэр?
— Во всяком случае, нам так сообщили. Сколько времени вы находитесь в этом номере?
Мистер Друд, пустив изрядную порцию слюны, взглянул на хранящую ледяное молчание мисс Пэйн, потом пробормотал:
— Вероятно, часа полтора. Я забежал сюда… Э-э-э… прочитать очень интересную статью в газете, о которой мне говорила мисс Пэйн. И она была настолько любезна, что предложила мне освежиться. — Друд указал в сторону бокалов.
— Никто из вас не входил в 360-й номер за это время?
Оба покачали головами и одновременно совершенно четко ответили:
— Нет!
— И вам ничего не известно насчет трупа в вашей комнате?
— Абсолютно ничего. Я бы никогда не допустил… Позвольте, что я говорю… О нет, мне ничего не известно. Неужели это правда?
Паттон пожал плечами.
— Какая-то глупая шутка. Когда вы вышли из комнаты, вы оставили ее открытой?
— Кажется, да. Да! — Друд закивал головой. — Да, действительно, я собирался скоро вернуться, но, понимаете, потом, когда я пришел сюда, мисс Пэйн была так любезна…
— Вероятно, какой-нибудь пьяный вошел в вашу комнату и позвонил. Ну, что ж, не смею вас ни в чем упрекать. Прошу извинить за вторжение. Сами понимаете, я должен был все проверить.
— О, конечно! Естественно, мы все отлично понимаем…
Провожая Паттона до двери, Друд рассыпался в любезностях. Мисс Пэйн, однако, не разделяла их. Она стояла в стороне с гордой презрительной гримасой и, едва дав Паттону уйти, с силой закрыла дверь.
— Ну что ты скажешь на это, Оливер? — полюбопытствовал Билл, когда они спускались в лифте. — Просто шутка?
— А что это еще может быть? Трупа ведь мы не нашли…
Сигнал вызова продолжал настойчиво трезвонить. Войдя в лифт, Паттон сказал:
— Спусти нас сначала вниз, Джо, а потом поднимись на восьмой. Скажи им, что лифт был испорчен.
В вестибюле Паттон направился прямо к Эвелин. Он поднял руку, чтобы остановить поток ее вопросов, и прорычал:
— Что это за фокус, Эвелин?
— Какой фокус? — Девушка широко распахнула невинные глаза. — Кто это был?