— Олли? Говорит Майкл Шейн. Что, в ваших краях не было никаких событий сегодня около тридцати минут назад?
Некоторое время он слушал. Девушка внимательно следила за выражением его лица.
— Спасибо, Олли. Учти, я всегда готов помочь, чем могу. В любой момент.
Он повесил трубку и с хмурым видом вернулся в свое кресло.
— Детектив из отеля рассказывает примерно то же, что и вы. Это относится только к первой части вашего рассказа. Им ничего не известно о том, что кто-то гнался за вами. После того как вы сообщили им об убитом человеке, они сначала пошли в 360-й, так как дежурная телефонистка думала, что она ослышалась, когда назвали 316-й. Потом они тщательно проверили обе комнаты, но ничего не нашли. Они решили, что это просто идиотская шутка рехнувшейся женщины.
Говоря это, он внимательно изучал лицо девушки. Она заметила это и воскликнула в отчаянии:
— Вы тоже так думаете? Да? Думаете, что я сумасшедшая? Или что я все это выдумала?
Он пожал плечами.
— Нет. Ваши слова о том, что вас преследовал какой-то мужчина, звучат весьма правдоподобно. А что, водитель видел его?
— Да, видел. И другая леди, сидевшая в машине, когда я туда шмыгнула, тоже видела. Вы можете спросить их обоих.
— Вы помните номер такси или фамилию шофера?
— Нет.
— Может быть, второй пассажирки?
— Нет. О, вы такой же, как и полиция, — взорвалась вдруг девушка и вскочила на ноги, слегка покачнувшись при этом. — Как мне все это доказать вам? Я отлично знаю, что мой брат убит. Я видела его труп. Это не галлюцинация.
— Сядьте, пожалуйста, — успокоительно сказал Шейн. — Я охотно верю, что вы могли увидеть нечто, что показалось вам убитым братом. Я ведь не отрицаю, что вы ничего не видели. Давайте-ка во всем разберемся. Скажите, может быть, ваш брат большой шутник?
— Нет.
Девушка снова села в кресло.
— Я говорю об этом потому, — продолжал Майкл, — что это довольно старый трюк — разыграть убийство при помощи томатного сока.
— Но ведь у него было перерезано горло! — сердито крикнула она. — Мистер Шейн, я видела зияющую рану! И я видела его глаза. Вытаращенные и мертвые…
Шейн встал и зашагал по комнате.
— А в первый раз вы совсем не входили? И даже бегло не осмотрели комнату?
— Нет. У меня была одна-единственная мысль — скорее добраться до телефона.
— Значит, можно предположить, что в то время, когда вы пришли в первый раз, убийца, вероятно, находился еще в комнате? Наверное, где-нибудь в ванной или в шкафу.
— Возможно. Я его там не искала.
— А сколько времени вы потратили, чтобы найти телефон?
— Думаю, не больше двух минут. Ну, может быть, три… Я все делала очень быстро, старалась не терять времени.
— Если бы не было человека, преследовавшего вас, я бы решил, что все это просто галлюцинация. Что никакого брата вовсе не было… А теперь… Собственно, я не знаю, чем вам помочь. Мы, конечно, можем пойти сейчас в отель «Эдельвейс» и попросить тамошнего детектива еще раз все тщательно проверить.
Мысль о возможном возвращении в отель ужаснула девушку.
— Вы считаете, что мне обязательно надо туда пойти? Вместе с вами? Разве я не могу быть просто вашим клиентом? А вы бы для меня все расследовали. — Она быстро стала что-то искать в своей сумочке. — У меня есть деньги. Я могу дать вам аванс.
Шейн покачал головой, внимательно изучая ее лицо.
— Я пока не уверен, что действительно существует дело, за которое я должен получить аванс. — Он не сказал ей правду, не сказал, что не любит сумасшедших клиентов и что он начинает серьезно подозревать, что она просто рехнулась.
Но увидев, в какое отчаяние повергли девушку его слова, поспешно добавил:
— Что ж, пожалуй, я посмотрю. Может, мне удастся что-нибудь обнаружить. Если я узнаю, что с вашим братом действительно что-то случилось, то я возьму аванс.
Он быстро встал.
— Вероятно, вы будете в отеле «Рони Плаца». Скажите ваше имя и номер вашей комнаты.
— А разве мне обязательно нужно туда вернуться? — Девушка взглянула на него влажными умоляющими глазами. — Тот, кто убил моего брата, вероятно, знает, где мы остановились. У меня до сих пор перед глазами его ужасное лицо со шрамом! А не могу ли я… просто остаться здесь, у вас? Пока вы съездите туда?
Шейн задумался. Бог ее знает, что за мысли у нее в голове. Чего она боится? Не будучи психиатром, он, однако, подумал, что имеет дело с самым настоящим случаем мании преследования.
Сначала она боялась идти в полицию со своим рассказом, теперь она боится возвратиться в отель, где она, безусловно, была бы в абсолютной безопасности.