— Что именно я должен рассказать? — всполошился Польсон. — С Нелли что-нибудь случилось?
— Нет. По крайней мере, нам ничего не известно. Но сегодня вечером у нас в отеле произошло действительно нечто странное. Скажите, ваша сестра любит выкидывать какие-нибудь штучки?
— Нелли? Нет. Насколько мне известно, нет. Конечно, у нее есть чувство юмора, но… А на что, черт возьми, вы намекаете?
— Что, бывают у нее… Ну… скажем, галлюцинации? Или что-нибудь в этом роде? — деликатно начал Паттон. — Может, когда она много выпьет, ей вдруг начинают мерещиться вещи, которых в действительности не существует? А? — Он хихикнул, чтобы смешком смягчить свой вопрос.
Но все же Польсон явно рассердился.
— Мне не нравятся грязные намеки в адрес моей сестры. Скажите прямо, в чем дело?
Оливер Паттон вздохнул. Собственно, говорить-то было нечего. У них не было никаких доказательств того, что именно Нелли Польсон звонила из 360-го. Больше того, задолго до звонка. Дик видел, как Нелли Польсон ушла из отеля.
— Да, пожалуй, кто-то решил подшутить над ней, — попытался замять свою неловкость Паттон. — Видите-ли, кто-то позвонил на коммутатор и сказал, что в комнате труп.
— Труп в комнате Нелли? — Лицо Польсона выражало крайнее изумление. — Когда? И кто он?
— По правде говоря, в комнате никого не нашли, — развел руками Паттон. — Конечно, я все проверил и в конце концов решил, что это, вероятно, была шутка. Но все же мы должны еще раз все проверить. Вот почему я и спросил вас: что собой представляет ваша сестра. Может, она выкинула такую шутку?
Польсон решительно покачал головой.
— Нет, такого она не могла сделать.
Он помолчал, стараясь не смотреть в лицо Паттону, потом, несколько овладев собой, продолжал:
— С другой стороны, я… Что ж, поскольку мы начали этот разговор, может быть, вы мне расскажете кое-что. Я, конечно, не думаю, что это связано с сегодняшними событиями, но боюсь, что в последнее время она вела себя несколько необдуманно, водила компанию с весьма сомнительными личностями. Это относится к ее жизни в Джэксонвилле. Так, может, вы что-нибудь расскажете мне насчет того, как она вела себя здесь. Часто ли она… э… ну, гуляла, что ли? Я имею в виду мужчин, понимаете? Или она проводила время с одним мужчиной?
Паттон помолчал, почесывая третью складку жира под своим подбородком и внимательно изучая Польсона.
— Мы обычно не даем подобную информацию о своих гостях. Понимаете, мы ведь не ФБР. Мы не заводим досье на своих постояльцев.
— Я понимаю, — нетерпеливо перебил его Польсон. — Но мне известно, как в этом отношении поставлена работа в отелях. Все эти горничные, дежурные и клерки… Они прекрасно осведомлены о том, что происходит. Поздно ли засиживаются гости. Много ли бывает выпито? Кто именно приходил в гости к вашим постояльцам. И так далее. Это все мне известно. — Он мило улыбнулся Паттону. — Вы ведь здешний детектив? И не вздумайте уверять меня, что вы после сегодняшних событий не интересовались поведением моей сестры за те две недели, которые она у вас гостила.
Паттон, сцепив на животе пальцы, внимательно разглядывал их.
— Я, конечно, не буду отрицать, что кое-что проверил. И все-таки я не могу сообщить вам результаты проверки.
Польсон поморщился, достал бумажник, вытащил наполовину оттуда десятку, потом вопросительно взглянул на Паттона и вместо десятки достал двадцать долларов. Аккуратно сложив ассигнацию вчетверо, он сказал:
— Я, конечно, уверен, что вы не станете говорить на эту тему с кем попало. Но ведь я ее брат и, безусловно, имею право знать все. Повторяю вам, меня страшно беспокоило ее поведение за последнее время… И потом, то, что произошло сегодня вечером… то, что она не стала дожидаться меня, как обещала…
Паттон наконец перестал рассматривать свои пальцы, расцепил их — и двадцатка моментально исчезла со стола.
— Конечно, поскольку вы ее брат, — начал он, — думаю, не следует скрывать от вас ничего. Что ж, ваша сестра очень приятная барышня. В отеле вела себя тихо, ни во что не совала нос. Я не успел проверить сегодняшний отчет ресторана, но обычно по вечерам она заказывала лед и иногда содовую. За две недели заказала два раза по бутылке виски.
Конечно, я не стану отрицать, что посыльные и горничные замечают некоторые вещи за гостями. Что поделать, у них ведь есть глаза и уши, и они тоже люди. Из их рассказов я понял, что у вашей сестры очень часто бывали мужчины, но никто никогда не задерживался надолго. И никогда не было никаких неприятностей. Словом, она вела себя так, как любая хорошенькая девушка в Майами.