Гастингс громко откашлялся.
— Пожалуйста, Беатрис, успокойтесь. Этот человек — чужак.
Шейн, не обращая на него внимания, подошел к девушке.
— Вы хотите сказать, что Грот не пришел?
— Не отвечай ему, Беатрис! — Миссис Хоули яростно стукнула тростью по камину. — Молодой человек, извольте задавать свои вопросы мне!
Шейн стоял не шелохнувшись, наклонив голову к девушке. Ее веки дрогнули, приоткрыв темные как ночь глаза. Беатрис прикусила нижнюю губу и начала ее пожевывать, как будто это было что-то вкусное. Неожиданно она хихикнула, вскочила со стула, прошла мимо Шейна, даже не взглянув на него, и вышла из комнаты. Шейн решил переключить внимание на молодого человека, который даже не шелохнулся во время легкой перепалки между матерью и дочерью.
— А вам известно, приходил сюда Грот?
Тот посмотрел на Шейна, успев бросить едва уловимый взгляд на хозяйку.
— Старина, по-моему, ваши вопросы просто нахальны.
— Ну вот, еще один, — спокойно сказал Шейн и обернулся к миссис Хоули. — А где Леон Уоллес?
Ее глаза вспыхнули, и она свирепо сжала трость.
— Это еще кто такой?
— Садовник, которого вы наняли около года назад.
— У меня нет привычки держать в голове имена моей прислуги. Джеральд прав. Вы наглец. — Она требовательно постучала тростью. — Б. Г., прогоните этого молодого человека.
Шейн холодно усмехнулся, посмотрев на нерешительно двинувшегося в его сторону адвоката.
— Полиция еще задаст вам те же самые вопросы, — пообещал он и гордо прошествовал к выходу.
Негр, поджидавший у двери, тут же распахнул ее при приближении Шейна. Детектив вышел на веранду, с облегчением вдохнул чистый воздух и услышал за спиной торопливые шаги. Он уже спускался по ступенькам, когда его нагнал Гастингс, на ходу натягивая шляпу.
— Миссис Хоули страшно напряжена, — нервно выпалил он. — Я… э-э-э… думаю, что нам стоит обсудить некоторые вопросы у меня в конторе. Вы согласны встретиться со мной, мистер… э-э-э… Шейн, не так ли?
— С удовольствием, — кивнул Шейн, и адвокат проворно вскочил в черный седан, около которого оставил свою машину Шейн.
Пока он обходил вокруг машины и открывал дверь, Гастингс завел мотор и резко тронул с места.
Пронзительный резкий свист заставил Шейна остановиться и поднять голову. Последний раз он слышал такой свист в детстве, когда играл в индейцев. Свист повторился.
И тут он заметил Беатрис. Перегнувшись через витые чугунные перила балкона второго этажа, она энергично махала рукой, подавая ему какие-то знаки, в то время как пальцы другой руки были прижаты к ее плотно сжатым губам.
Шейн нахмурился, нерешительно взглянув на наружную лестницу, ведущую к балкону, и девушка вновь настойчиво указала в ее сторону.
Он пожал плечами, захлопнув дверцу машины, подошел к лестнице и начал подниматься к балкону, на котором его ждала Беатрис.
Глава 5
Как только Шейн добрался до балкона, она возбужденно схватила его за руку и втащила за собой через открытую стеклянную дверь в большую спальню, своей обстановкой напоминавшую детскую комнату. Все было бело-розовое: обои в цветочек, скатерть с оборками на маленьком столике, покрывало на кровати, сделанное из того же кретона, что и шторы.
Беатрис остановилась посреди комнаты и обернулась к нему, склонив голову набок и застенчиво положив палец в рот.
— Знаете что? — спросила она.
— Что? — совершенно серьезно отозвался Шейн.
— Когда я смотрю на вас, у меня внутри все бурлит.
Она шаловливо хихикнула, подошла к низкому книжному шкафу, сняла две книги с полки и из образовавшейся щели выудила пол-литровую бутылку виски, более чем наполовину опустошенную. Выдернув зубами пробку, она протянула бутылку Шейну с видом маленькой девочки, предлагающей подружке свою любимую куклу.
— Придется пить прямо так, — по-деловому сказала Беатрис. — Стащить здесь лед и шейкер почти невозможно.
Шейн поднес бутылку к губам и сделал пару глотков — так, чтобы как можно больше жидкости попало в горло. Он вернул ей бутылку, и она, сделав большой глоток, утерла рот тыльной стороной ладони и удовлетворенно произнесла:
— Чертовски здорово.
Грубоватая твердость ее черт на фоне яркого света из окна удивила Шейна. Он, конечно, понимал, что она старше своего брата Альберта и уже несколько лет была замужем за неприятного вида молодым человеком, с которым он столкнулся внизу в большой гостиной, но тогда в полумраке она произвела на него впечатление человека с замедленным умственным развитием. Сейчас яркий свет отражался в ее синевато-серых глазах. Наклонившись к нему, она доверительно шепнула: