— Она может что угодно, — рассеянно сказал Шейн. — Пожалуйста, как только она оденется, мы отвезем ее в полицию и отдадим Джентри и Пирсону, чтобы они занялись ею. Почему не доставить людям удовольствие… Господи, как бы я хотел, чтобы она смылась от меня до того, как надо мною повисло убийство! — вырвалось у него почти воплем.
Рурк серьезно посмотрел на него.
— Что-то вы не похожи на любовников.
— Ничего более приятного ты не мог мне сказать!
Рурк помялся и спросил неловко:
— Но что она тут делала раздетая?
Шейн состроил гримасу.
— У нее бредовая идея. Она уговаривала меня сделать одну вещь, которая мне не нравилась, и решила, что в постели будет выглядеть авторитетнее…
— Чего же она хотела?
Тот сделал вид, что не слышал стука двери и не подозревает о появлении Элен.
— Пустячок. Чтобы я помог ей отделаться от мужа. Только и всего. Она была тут, когда позвонил Джентри, и я попросил ее спрятаться в спальне. Это было еще до рассказа Пирсона, как ты понимаешь. — Он по-прежнему игнорировал присутствие Элен. — Я было подумал, что у нее приступ нимфомании. Теперь даже не знаю. Уж больно отрепетированно появился тут Морган. Не ее ли режиссура? В таком случае постановка ей удалась. Морган убит, и меня считают его убийцей.
— Подлец! — завопила Элен. Она ринулась на Шейна, скрючив пальцы, явно метя ему в глаза, но он легко перехватил оба ее запястья своей большой рукой.
— Хватит, хватит, — приговаривал он почти весело, — дураков тут нет.
Засопев от злости, она попыталась освободиться от него, и он отпихнул ее в кресло.
— Всегда испытывал недоверие к бабам, которые лезут в мужскую постель без приглашения, — сказал он Тиму.
Тот кивнул.
— Но мы теряем время, — сказал он. — Отвезем ее в полицию. Только надо придумать, где и как мы ее взяли.
— Явилась узнавать о своем Максе, выследив его…
— А если она скажет правду?
— Этого она не сделает, — фыркнул Майкл. — Убийство-то все-таки на ней, и доказать это будет не так уж трудно, если до этого дойдет…
В дверь постучали, и вошел посыльный. Шейн взял из его рук простой белый конверт. В нем была записка, отпечатанная на машинке. Шейн прочитал то, что давно уже ожидал…
«Твоя жена в наших руках. Меняем ее на тот обрывок квитанции, который ты взял у Лейси, как она говорит. Мы не делаем глупостей и тебе не советуем, если хочешь получить ее живой. Помести в утренней „Геральд“ объявление: „Согласен. М. Ш.“ — и все будет в порядке».
Ни одна жилка не дрогнула на лице Шейна. Он взял посыльного за плечо:
— Кто это вам дал?
— Какой-то парень остановил меня и попросил… Дал мне доллар.
— Как он выглядел?
Шейн сильно надавил на плечо посыльного. Тому, видно, было очень больно, потому что он стал испуганно озираться.
— Да я не посмотрел на него, зачем мне! Он был в подворотне, там было темно. Он окликнул меня, когда я проходил мимо.
Шейн отпустил его, и посыльный поспешил выскочить за дверь.
Рурк подошел к Майклу и взял записку, безвольно висящую у него в пальцах.
Шейн стоял, глядя в одну точку.
Рурк прочел записку и присвистнул.
— Ты лгал с самого начала, Майк. Кусок квитанции у тебя.
Шейн тупо повторил:
— У меня.
Рурк стоял перед ним, широко расставив ноги.
— Я не буду осквернять свой рот, высказывая то, что думаю о тебе, Шейн. Дай мне пройти.
Шейн продолжал загораживать ему дверь. Рурк скривился.
— Отойди. Мне противно даже дотронуться до тебя.
Шейн вздернул брови.
— Ты становишься чересчур мелодраматичным, тебе не кажется?
— А ты, я вижу, готов продаться самому дьяволу. — Голос Рурка дрожал. — Мне надоели твои басни. Пропусти!
Шейн не двинулся с места.
— И куда же ты собрался?
— К Пирсону.
Шейн перевел дыхание.
— А записку ты прочитал?
— Прочитал.
— И понял, что она значит? Ведь они же захватили Филлис!
— А ты захватил связующее звено между группой предателей и агентов и секретными планами нашей защиты!
— Да, — кивнул Шейн, — у меня есть то, за чем охотятся обе стороны. Сперва мне хотелось самому в этом разобраться. А когда я понял, что это такое, нависла угроза над Филлис. И это мой единственный козырь в борьбе за ее жизнь. Если ты заявишь об этом Пирсону… — голос его прервался, — если меня вынудят отдать этот обрывочек картона…
Рурк тяжело дышал.
— Филлис не захотела бы, — сказал он, — чтобы за ее жизнь платили такой ценой. Она не простит тебе, если ты пойдешь на сделку с этими подонками.