Глава 16
Двухместная зеленая машина стояла у разводного моста, ведущего к северной дороге. Проезжая мимо, Шейн заметил в ней двух человек в широкополых шляпах, пригнувших головы. Свернув за мостом налево, он увидел, что зеленая машина поехала следом. Чтобы проверить это, Шейн немного попетлял по улицам.
Затем он поехал к вокзалу. Преследователи держались позади с интервалом в полквартала. Шейн остановился у вокзала и вышел из машины. Краешком глаза он заметил, что двое из преследовавшей машины сделали то же самое. Он шел медленно мимо камеры хранения, присматриваясь к номерам телефонных кабин. Наконец нашел ту, куда должна была позвонить Филлис. Было без трех минут десять. Он лениво вошел в открытую дверь будки и закурил.
Какой-то человек купил газету и стал ее читать, нарочито прикрывая лицо и держась шагах в двадцати от Шейна. На нем была такая же мягкая спортивная куртка и мятые брюки, как у Лероя, когда он вломился в квартиру Шейна.
Выпуская дым из ноздрей, Шейн равнодушно оглядел зал ожидания. Северный поезд должен был скоро отойти, и в зале царила обычная для этого часа суета. Двое полицейских в форме оживленно разговаривали и смеялись у самой двери в мужской туалет. Взгляд Шейна безразлично ощупал еще с десяток людей, но никто из них не походил на толстого спутника Лероя, да и лошадиной физиономии Гортсмана не было видно.
Оставалось полминуты, Шейн сделал последнюю затяжку и выбросил окурок. Резко зазвонил телефон. Шейн плотно прикрыл дверь будки и взял трубку.
Взволнованный голос Фил сказал:
— Майк!
— Я. Как… ты?
— Хорошо, очень хорошо, дорогой! Со мной все в порядке. Я живая. Но ты… будь осторожен, дорогой! А что с Тимом?
— Развяжи его, как только повесишь трубку. Скажи ему, что я на вокзале. Деньги у тебя?
— Да. Тысяча долларов. Но ты… Обещай мне, что ты будешь осторожен!
— Как всегда, дорогая. Запри двери на все засовы и не выглядывай.
Он повесил трубку и отер пот со лба. Когда он вышел, перед ним стоял Лерой. В руке он держал свой короткоствольный пистолет, обернутый газетой.
— Шлепай прямо в туалет, — прошипел он.
Шейн медленно пошел к туалету. Двое полицейских все еще улыбались друг другу, нахохотавшись над последним анекдотом. Из-за угла вышел Джо и присоединился к Лерою. Все выглядело совершенно невинно.
Гортсман стоял в туалете. Его глаза блестели от нетерпения, но длинное костлявое лицо было неподвижно.
— Ну, ублюдок… — сказал он и протянул руку.
— Надоело быть вежливым, метр? — осведомился Шейн и добавил: — Вряд ли вы позволите мне самому слазить в свой карман…
— Держи лапы на виду, — оборвал его Гортсман. Он подошел ближе, запустил руку в карман Шейна — тот жестом показал, в какой нужно, — и достал обрывок картона.
Лерой и Джо встали за спиной Шейна.
— Последите за ним, пока я проверю, подходит ли это к моим кускам, — сказал Гортсман и отошел в сторону. Пока он складывал обрывки, дверь распахнулась и вошли те самые полицейские, что так увлеченно беседовали перед дверью. В руках у них были пистолеты. За ними виднелось мясистое лицо Джентри и задумчивый Пирсон со своим 45-калиберным. Позади всех возвышался Пэйнтер.
Не дожидаясь первых выстрелов, Шейн бросился на каменный пол. Он увидел, как Джо качнулся от первой пули, угодившей ему в грудь, вторая опрокинула его. Лерой все-таки успел дважды не прицельно выстрелить и рухнул с пробитой головой поперек тела Джо. Гортсман окаменел. В пальцах его застыли обрывки квитанции, из-за которой сейчас умирали люди. По лицу Пирсона скользнула тень, когда он вышел вперед и дважды выстрелил. Обе пули попали Гортсману прямо под ложечку. Он схватился за живот, и обрывки квитанции разлетелись. Ужас исказил его лицо, затем оно все обмякло. Он хотел что-то сказать, падая, но сумел издать только хриплый стон.
Наступила полная тишина.
— Блестяще, Пирсон, — сказал Шейн, поднимаясь. — Как на учебных стрельбах по неподвижным мишеням.
Пирсон поджал губы и посмотрел на сыщика сверху вниз.
— У меня не было выбора, — сказал он и нагнулся подбирать обрывки с пола, залитого кровью.
Джентри шагнул к Шейну.
— Не стоило тебе водить нас за нос, Майк, — сказал он.
Тот пожал плечами.
— Ну, за это не расстреливают.
— Как сказать! — подал голос и Пэйнтер. — На этот раз тебе предъявят обвинение в измене родине!
— Полегче, Пэйнтер, — остановил его Джентри, — это уж дело властей, а не наше с вами. К сожалению, ты арестован, Майк.