Где-то вдалеке послышался шум моторов. Приближаясь, он нарастал. Уже с уверенностью можно было сказать, что это шум мотоцикла. Ревя мотором, из-за угла вылетел первый мотоцикл и тут же, отставая на метра три, следовал второй. Выжимая всю мощность, на огромной скорости, они приближались к бару, казалось, водители вообще забыли, что такое тормоза.
Байкеры попятились назад, явно опасаясь, что водитель затормозит, только оказавшись в толпе зрителей, но тревога была напрасной. Грохот мотора и пронзительный визг покрышек, слились в один адский звук. Круто развернувшись, мотоцикл замер в метре от отпрянувших в сторону байкеров. Секундой позже, повторив тот же манёвр, остановился и второй мотоцикл.
Водитель первого снял каску, тряхнул рыжими волосами. Вздох удивления пронёсся над толпой. Незнакомец победил Тита. Он уже подходил к нему, с широкой улыбкой протягивая руку.
— Великолепно! Такого я ещё не видел! — воскликнул Тит, пожимая руку победителю. — Я справедлив, бери мой байк и девчонку оставь себе. — Обернулся к байкерам. — Ребята я угощаю всех! — повернувшись к незнакомцу, добавил: — Я Тит, как твоё имя мастер ралли?
— Амон, — ответил победитель, поднимая голову на возвышавшегося над ним громилу.
Дружелюбно хлопнув по плечу, Тит предложил:
— Пойдём, отметим наше знакомство и твою победу.
— Твой байк мне не нужен, — заметил Амон, — А вот девчонку потребую не трогать.
— Как скажешь, — пожал плечами Тит, звякнув цепями. Увлекая за собой победителя, сообщил: — Я первый раз вижу такого гонщика. Ты моложе моих парней, но зато, какой гонщик! Ты мастер! Я буду рад, если в дальнейшем, останешься с нами.
— Посмотрим, — неопределённо ответил Амон, рукой подзывая Светлану и Юма с Бароном.
Дружной толпой они вошли в бар. Заняв один из столов, и слушая Тита, угощались за его счёт. Остальные байкеры, стали относиться к ним с уважением и с восхищением. А когда Амон сказал:
— Нам пора, — и встал из-за стола.
Тит искренне удивился:
— Неужели не хочешь прокатиться? Моим ребятам уже не сидится. Своими гонками мы их явно завели, им не терпится прыгнуть в седло байка. Составь компанию, и ты увидишь, как можно веселиться.
Юм заметил:
— Девочку-то хоть оставь, если сам не хочешь покататься в компании крутых ребят.
Амон покачал головой.
— Вам я её не оставлю, потому что сам повезу.
— Вот и отлично! — воскликнул Барон. — Ты ещё увидишь, на что способны «наши» байкеры.
Гомон бара, перекрыл бас громилы:
— Ребята! В седло! Сегодня с нами мастер, покажем ему чего мы стоим!
Похватав каски, возбуждённо переговариваясь между собой, байкеры устремились на улицу. Выйдя вслед за остальными, девушка была оглушена рёвом десятка моторов. Особенно оглушающий звук, исходил от мотоцикла со снятым глушителем.
Один за другим, срываясь с места, с гиканьем водителя, мотоциклы скрывались за углом здания. Демон уже сидел в седле, ожидая пассажира. Не заставляя себя долго ждать, девочка села позади него и покрепче уцепилась за водителя, предугадывая, что старт будет не простым. Амон подтвердил её опасения, подняв мотоцикл на дыбы, он рванул за остальными на всей мощности, которую мог дать мотор. Догнав и вклинившись в общую массу, сбросил скорость до приемлемой.
Теперь, девочка могла наслаждаться гонкой по городу, не опасаясь быть выбитой из седла порывом ветра. Идущие по трассе машины, предусмотрительно уступали байкерам дорогу, и те с воплями восторга обгоняли, кидая водителям машин грубые реплики, сопровождая непристойными жестами.
Игнорируя светофоры, байкеры, ловко проскакивали сквозь ряды пересекавших им путь автомобилей. Свернув с трассы, группа углубилась в мрачные, извилистые улицы пригорода. Припаркованные машины ещё сильней сужали переулок.
Тит, возглавлявший группу, внезапно вскинул мотоцикл на дыбы и пустил его на автомобили, используя близко поставленные машины как трассу. Ринулся по ним, разбивая стёкла и оставляя на лакированной поверхности, глубокие вмятины. Взлетая и опускаясь, он казалось, проходил гонки с препятствиями, только вместо пыли и песка на асфальт сыпалось крошево стекла.
Издав крик, Юм последовал примеру Тита и уже с двух сторон, уродуя машины, мчались байкеры. Остальная группа следовала рядом, криками подбадривая безумных гонщиков. Переулок закончился, выведя байкеров на площадь освещаемую витринами магазинов. Изуродованные разбитые машины остались позади. Тит, развернувшись на площади, остановился, обращая лицо к группе. Приглушив рёв мотора, повернув к байкерам единственный глаз с горевшей в нем яростью, азартом и безумием, прокричал:
— У меня кончились сигареты! Почтим своим вниманием одну из лавочек, только ребята нам придется поработать, расширить вход для наших «коней».
Скаля в усмешке зубы, байкеры пустились по кругу, центром которого был Тит.
Увеличивая круг, они приблизились к магазину, застеклённому от земли и до крыши. В руках водителей появились массивные цепи с куском железа на конце. Не прекращая танец смерча, они стали раскручивать цепи пока те, не слились в единый диск. Кто-то пустил этот диск, направляя его в витрину. Вслед за первым последовали остальные цепи. С глухим звуком витрина рухнула на дорогу, орошая потоками стекла. Кружившее по площади кольцо распалось, и несколько байкеров ринулось в зияющую дыру магазина. Девочка с ужасом и паникой обнаружила, что и Амон повернул руль к пустой раме. Сбросив скорость, они въехали внутрь магазина, мельча колесами осколки витрины. Мимо пролетели мотоциклы, еле вписываясь в узкие проходы между стеллажами, обрушивая с грохотом при поворотах товар.
С высоких стоек сыпались коробки, пакеты, разбивалась вдребезги стеклянная посуда, черепки от керамики устлали покрытый линолеумом пол, от которого остались лишь жалкие воспоминания.
Рокот мотоциклов стих, байкеры уже без помощи машин добивали оставшиеся товары.
Тит, оставив мотоцикл, направился к прилавку, за которым стоял растерявшийся продавец. Вцепившись обеими руками в прилавок, он казалось, пытался приобрести устойчивость, которую не могли ему дать трясущиеся ноги.
Громила, не доходя пару метров, остановился и с жёсткой иронией спросил у продавца, показывая ему в ладони пачку сигарет:
— Сколько за сигареты? — и обернулся к ребятам, подмигивая им единственным глазом.
Байкеры загоготали, но вдруг их лица изменились, насмешка пропала, уступив место растерянности, они смотрели за спину главаря.
Тит резко обернулся и увидел наставленное на него дуло карабина. Продавец решил дорого продать свою шкуру, не дожидаясь приезда полицейских, самому свершить суд над бандитами. Щёлкнул затвор.
Ухмылка сползла с лица Тита, в глазах продавца он прочёл приговор.
И этот приговор был: СМЕРТЬ!
Тит замер, наблюдая как палец, медленно давит на спусковой курок. Звук выстрела слился с криком боли. Тит с удивлением констатировал, что он, как ни странно, ещё жив. Кричал продавец, бросив карабин на пол и пытаясь вытащить кинжал, прошивший его руку насквозь. Пуля, несущая смерть, ушла в сторону. Удар кинжала изменил ситуацию в корне. Ухмылка вернулась, Тит с удовлетворением наблюдал за корчившимся от боли продавцом.
Он обернулся к стоявшему неподалеку Амону, показав большой палец, с признательностью привнес:
— О'кей! Я твой должник. Ты отлично владеешь ножом! — обращаясь к продавцу, со злобой прорычал: — Шкура! Убить меня задумал? Упустил момент. Теперь я, убью тебя.
Далёкий звук сирен прервал его. В ярости свалив на пол уцелевший стеллаж, Тит, повернувшись, подошёл к мотоциклу.
— Радуйся, — буркнул он продавцу. — Полиция спасла тебе жизнь. Эй! Ребята! Смываемся!
Взревели моторы и один за другим байкеры вылетели из магазина, к стоявшим в ожидании, остаткам группы. Они не видели, как кинжал, провернувшись в руке продавца и вызвав новый крик боли, пролетев по воздуху, вернулся к своему хозяину. Перехватив летевший кинжал, Амон, вложил его в ножны. Развернув мотоцикл, покинул разгромленный магазин. Девочка, молча цепляясь за него, недоумевала, почему он спас жизнь этому бандиту.