— Спокойно. Будто ничего не произошло.
Катерина задумчиво посмотрела в лицо Светланы и заключила:
— Значит, всё было с их ведома. Они знали, куда ты ушла, и разрешили.
— Не может быть! — удивлённо воскликнула девочка.
Барон обернулся на возглас.
— Что «не может быть»? — лениво протянул он.
— Ничего, — улыбнулась Катерина, — Светлана открывает для себя ваши новые черты.
— Пожалуйста. — Барон опять повернулся к Валентину.
Но теперь забеспокоился Юм.
— Светлана, можно узнать, — с волнением попросил он. — В тех чертах, которые ты открыла во мне, присутствует ли определение: обаятельный, я не откажусь, если ещё существует такая приставка как - красивый. Если ты эту черту не рассмотрела, (понимаю, не всё сразу ухватывается), то прошу, поищи внимательней. Она обязательно должна присутствовать.
— Я очень внимательно посмотрю. Но предупреждаю сразу, что очень сомневаюсь в наличии таковых, — улыбнулась девочка.
— И все-таки посмотри... Хорошо? — умоляюще заныл Юм, словно это был вопрос жизни и смерти.
— Обязательно, — пообещала девочка.
Успокоенный, кот снова свернулся у очага, прислушиваясь к беседе, проходящей в зале.
— Оставшиеся дни, я осматриваю ночной Рим, — закончила свой короткий рассказ Светлана. — А ты, куда подевалась?
— В Тунисе жила наложницей, у одного, симпатично араба. Потом с Валентином добирались сюда.
— Не очень-то вы спешили, — заметила девочка.
— Зато, в каких живописных местах мы побывали! Смотрели Помпеи. Забирались в катакомбы. Загорали на чудесных лазурных пляжах. А сколько отелей мы одарили своим присутствием. Почти каждый день - новый. Ты как, подкрепилась? Пойдем, пройдёмся по городу.
Светлана с сомнением бросила взгляд на Амона. Перехватив его, Катерина удивлённо спросила:
— Опасаешься, что не отпустит? — и уже обращаясь к Амону. — Амон, ты не против, если мы выйдем в город?
— Против, — отрезал он.
— К чему такие репрессии? — поинтересовалась Катерина.
— У неё обязательство. Как только выполнит, тогда идите куда хотите.
— О чём это он? — не понимая, Катерина посмотрела на Светлану.
Со вздохом та пояснила:
— Я дала слово, и теперь учусь постоять за себя. А ещё зачем-то английский надо учить.
Катерина повернулась к Амону.
— Английский могу и я преподать. После тренировок, отпустишь, Амон?
— Пусть идёт, — пожал плечами, прикуривая сигару.
Барон последовал его примеру.
— Тогда бегом, — шепнула Катерина. — Я подожду тебя. Расправишься с этим, спускайся, пройдёмся по здешним магазинам.
И опять солнце пересекло зенит и клонилось к западу, когда подруги покинули дворец. Наняв такси, они мигом добрались до центра. Восхищённо вздохнув, Катерина помчалась к шикарным магазинам, потянув за собой Светлану.
— Ты посмотри, какая прелесть? А цвет! А качество! — приговаривала Катерина, скользя между рядами одежд, поглаживая и ощупывая почти каждое висевшее там платье. Продавщицы вежливо следовали за ней, не прерывая и не останавливая. — О! А это вообще уникальное. Даже не верится, что оно создано руками человека! — остановилась Катерина возле небесно-голубого платья. Оно изумительно меняло оттенки от аквамаринового до цвета электрик. А в складках нет-нет да мелькнет фиолетовая искра.
Катерина заметила:
— Светик, а тебе идёт это платье. Твои глаза становятся синими, больше чистоты цвета. Оно облегает талию, а значить, подчеркнет какая она у тебя тонкая. Короткое - откроет стройные ножки, а на руку можешь накинуть лёгкий шарфик, он скроет знак. Тут много священников, не будем им лишний раз мозолить глаза.
— Ты серьёзно думаешь, что я его надену? — удивилась Светлана, видя какие планы, строит Катерина.
— Я не думаю. Уверена. Посмотри, какое миленькое платье, как будто не от мира сего!
— Судя по цене, то да. Куда я дену кинжал? На пояс платья его не нацепить.
— Мелочи, — отмахнулась Катерина. — Кинжал положишь в сумочку. Мы подберём соответствующего цвета. А всё остальное выбросишь. У тебя достаточно большой гардероб, чтобы не ощутить этой утраты.
— Амон будет не в восторге, — с сомнением сказала девушка. Но, заразившись азартом Катерины, уже прикидывала, как она будет смотреться в этом голубом платье.
— Амон? — переспросила Катерина, на секунду поразмыслив, сказала: — Тебе решать. Бросишь вызов и выслушаешь всё, что он тебе скажет, или дальше ходить в чёрном. Тут я ничем помочь не могу, даже советом. Решай сама. Ты знаешь, я не могу влиять на Амона.
Минутное размышление и Светлана решительно потянула Катерину к примерочной.
Спустя полчаса две дамы покинули магазин, преобразившись. Катерина выбрала золотистого цвета костюм и ридикюль, такого же цвета. Рядом шла Светлана в небесно-голубом платье с синей сумочкой, в синих туфельках и лёгкий шарфик цвета морской волны был, накинут на руку, прикрывая татуировку. Они легко двигались по улице, сквозь перекрёстные взгляды встречных прохожих. Взгляды были разные: завистливые у женщин, восхищённые у мужчин. Какой-то синьор попытался было увязаться за ними. Но Катерина, повернувшись, высказала на итальянском, всё, что она думает о генетическом наборе его предков. Синьор глубоко задумался и в размышлениях отстал от них.
Пересекая улицу, Светлана заметила знакомый автобус. Он был без пассажиров, только водитель за рулем и ещё кто-то рядом. Подойдя поближе, во втором она узнала того самого гида, который отвез её к отцу Антонию. Потянув за собой Катерину, Светлана приблизилась к автобусу. Постучав в закрытую дверь, она махнула рукой, привлекая внимание сидящих в салоне.
Дверь открылась, и изумленный Джованни окинул её взглядом с ног до головы.
— Привет, — первая нарушила молчание Светлана.
— Привет, — машинально ответил гид, не в силах отвести от неё взгляд. Вздохнул. — Я очень беспокоился. Отец Антонио сказал, что тебя забрал опекун. Это так?
— Почти. Ты же знаешь, какой это опекун, — улыбнулась девушка. — Познакомься, Катерина. Она тоже русская.
— Джованни, — представился гид, пожимая протянутую руку Катерины. Спохватившись, сказал: — Заходите в салон, посидим.
— Куда дел туристов? — поинтересовалась Светлана.
— Они в охоте за сувенирами. Ещё часа полтора их не будет. Хотелось бы мне тебя обрадовать, да только нечем. Документы не сделали, и ты ещё куда-то пропала. Дело было приостановлено.
Катерина, что-то смекнув, улыбнулась.
— Так это он - твой герой? Через него пыталась попасть в Россию?
— Да. И как видишь, не удалось.
— Мне очень жаль, — добавил Джованни. Восхищённо посмотрев на Катерину, спросил: — У вас все там такие красивые? Светлана, я бы тебя не узнал, не подойди ты первая. А Катерина просто великолепна! Смотрите, чтобы вас не украли, дело-то идёт к ночи.
— Ничего, — улыбнулась польщённая Катерина. — У меня уже есть опыт. Дважды попадаться на один крючок не буду и Светлане не позволю.
— Значит, Светлана ты остаёшься с ними? — с грустью спросил Джованни.
— Да, наверное. Катерина говорит, что мне позволили уйти.
— Ну конечно! — засмеялась Катерина. Водитель с восхищением рассматривал её через зеркало направленное в салон. — Конечно, знали и разрешили. Может, таким образом, пытались чему-то научить?
Они замолчали, погрузившись в свои мысли. Джованни поднял голову.
— У меня есть фотоаппарат, я вас сфотографирую на память?
— Замечательная идея! — согласилась Катерина. — Где нам встать? Или, может, на тротуаре щёлкнешь?
— Нет-нет. Сидите, и не двигайтесь. Я сам найду лучший ракурс.
Джованни залез на соседнее сиденье и откуда-то с потолка, наведя объектив, сфотографировал. Через секунду из чрева аппарата выползла картонка.
— Один момент, — сказал Джованни. Засунув в карман фотографию, отступил к водителю, где сделал ещё пару снимков. Они, как и первая последовали в карман. Убрав фотоаппарат, он, наконец, достал фотографии, с интересом вглядываясь в них. Он не смог сдержать изумлённый возглас.