Визит

«Мы их забираем и храним», – буквально так он и заявил.

И они, Визитёры, уже поняли, что организация, где служит Влад, находится на пороге открытия этого сегмента их работы. Люди есть люди. Утечка неизбежна. Но лучше обсудить все проблемы, чем ломать структуру, да и жертвы в любом случае будут. А в истории с Нгоута дело было так – им стало известно, что есть планы застройки «этих чудесных островов», причём с самыми тяжкими последствиями – люди в форме хотят их использовать для размещения жуткой артиллерии. Вдобавок ко всему, к тому моменту за горной грядой острова было обнаружено поселение людей, как раз тех, которыми и занималась кампания «Бронза».

Тогда им пришлось грубо вмешаться – другого выхода просто не было. И Зачарованные земли исчезли.

Тут я не выдержал, и оборвал его:

– Господа для того, чтобы возникло взаимопонимание, не мешало бы вам в начале нашей беседы объяснить мне, кто вы такие на самом деле, и кого вы представляете. А то я смотрю на вас, слушаю ваш сбивчивый рассказ, и ровным счётом ничего не понимаю. У меня возникло очень много вопросов! С какой такой стати, например, вы всем этим занимаетесь? Кто санкционировал вашу деятельность? А мнение людей, вырабатывающих этот самый культурный продукт, вы спросили? А у творческих личностей, которых так цените, их мнением вы поинтересовались – желают они быть «забранными и храниться», да ещё непонятно где? И где сейчас Нгоута и его население? О чём вообще, здесь идёт речь? И в конце концов, зачем вы Питера «соблазнили»?

За столом воцарилась тишина. Первым голос подал Питер:

– Да никто меня не соблазнял, я сам про это всё решил! И совсем не жалею об этом. Мне сейчас, в этой новой жизни, всё нравится. Обратно, в ту крысиную нору я, во всяком случае, не хочу! Давайте, пока вы тут выясняете свои отношения, я пойду на кухню, попробую кофе хороший сварить, может получится. Всё время пытаюсь экспериментировать, но «тюремный» пока никак не выходит.

Я опешил от такой характеристики любимого напитка:

– Подожди-ка, Пит. Что значит «тюремный»?

– А-а, мистер Влад, никакой иронии тут нет, это я так про себя его прозвал. Помните, вы меня угощали обедом в том здании? Ну за день до экспедиции в Дом? Вот кофе, который мы там пили – самый вкусный был, что я в жизни пробовал! С тех пор постоянно пытаюсь научится такой же делать. Пока не получается.

– Так, парень, тогда слушай, и запоминай – сперва зёрна нагрей до появления яркого запаха, и измельчай перед самой варкой, воду до кипения не доводи, просто нагрей, затем засыпь туда нужный объём, и опять на плиту, как появится пенка, сразу снимай. И – вода. Самое главное – это хорошая вода. Лучше всего родниковая. Для крепости самая удачная пропорция – чайная ложка с большой горкой на маленькую чашку. Делай так всегда, и ничего не меняй. С кофе всё дело в постоянстве. Научишься.

– Всё понял. Пошёл варить, официант вроде парень нормальный – надеюсь не прогонит.

Питер ушёл на кухню.

Тут я, наконец, обратил внимание на оставшихся – все трое сидели, вытаращив на меня глаза. Я даже внутренне вздрогнул от такого внимания:

– А что случилось, господа?

– Мы только что увидели непреднамеренные проявления творческих навыков. Как у вас это получается?

– Что именно? Кофе?

– Нет, создание алгоритма действий.

– Ну, господа, мы – люди творческие. – сказал я, улыбаясь.

– Вот это и восхищает нас».

* * *

«Всю эту неделю я прихожу поздно вечером к себе в номер еле живой от усталости, падаю на кровать, и засыпаю. Весь следующий день проходит в восстановлении по памяти событий и разговоров прошедшего дня, затем я по определённой методике анализирую поступившую информацию, составляю для Командора отчёт, и отправляю его по спецсвязи, после всего уже делаю записи в дневник. Надеюсь, что он попадёт в ваши руки, и вы ознакомитесь с событиями, пережитыми мною. Но на сегодня всё. Спать».