Тут Пит негромко засмеялся.
– Что, живот сразу определял?
– Так и есть. Да ничего страшного не произошло. А иногда приходил Бова, и звал к себе на ужин. Они мне и одёжку новую справили. Бова потом сказал, что на одежду я сам заработал. Это я уже понимать их язык начал. Хорошая у него семья – все до одного. Самое необычное было, что они никогда меня не расспрашивали – откуда я, да чего тут делаю. Ни разу!
– Питер, ну а Голос, не появлялся больше?
– Голос нет. Но я думаю, его представители в конце концов появились. Но я бы не сказал, чтобы они меня как-то беспокоили, или настроение портили. В начале они появились в доке, и пару дней за мной наблюдали. Потом как-то после обеда, когда я на лавочке вялился-отдыхал, подошли познакомиться. Нормальные парни, с юмором, – Хватит, – говорят, – Питер, гвозди тут ржавые вытаскивать, у нас для тебя работа непыльная есть. Я у них спрашиваю, – И какая работа? спрашиваю, – А будешь ты у нас учёным, исследовательскую работу будешь вести —.
– А ты?
– А я им в ответ отказался, сказал, что у меня тут два баркаса на очереди, и оба с большой течью, парусник со сломанной мачтой, и лодок рыбацких – не счесть сколько конопатить нужно. Мне, говорю, люди честь оказали, взяв к себе в докеры, и я их подвести не могу ни при каких условиях – можете меня хоть в министры сватать, всё одно – не пойду.
– Ну ты крутой, Пит.
– Не смейтесь, мистер Владислав, я действительно так не могу – Бова меня в трудную минуту выручил, а я ему ручкой помашу, когда дела хорошо пойдут? Нет, надо хотя бы, минимум год отработать, а дальше уже видно будет. Но эти парни всё равно не отстали – отвели Бову в сторону, он там старшим в бригаде был, и толковали с ним час целый. После чего тот ко мне подошёл, и стал у меня прощения просить. Я очень удивился. Ты почему, – говорю ему – Бова, у меня прощения просишь? Я, тебе бесконечно благодарен за твою помощь, и это я тебе должен, а не наоборот. Перестань. А он мне толкует, что очень переживает за меня и моего кролика, как мол вы дальше будете, тебе теперь надо к «искрам» уходить. «Искры» – это он употребил по отношению к тем ребятам. Почему так – не знаю. И ещё сказал, что они очень просили и даже умоляли его отпустить меня, что я – очень важный человек, только пока не знаю этого. Обещали ему следить, что я не буду голодный, и что моё здоровье – это будет их главная забота. Поклялись, что не будут держать меня силой, если я захочу уйти. И даже обещали отрыть кролику отличную нору. Тут на меня смех напал – вот, Бова, насмешили они меня, – дурака нашли, да ему эта нора на фиг не нужна, он со мной в одной комнате будет жить, и никуда не двинется. У меня два контролёра, днём – ты, а ночью – Банни. Да он и днём с меня глаз не спускает, вон, посмотри, возле дорожки валяется. Типа – спит. Ага, я-то знаю, если сейчас пойду куда, он сразу соскочит, и – за мной. Бова после этого долго смеялся, всем остальным показывал на кролика, и что-то говорил. После этого уже вся бригада каталась по земле от хохота. Что он им там сказал, я уже не знаю, но Банни проснулся, сел, и смотрел на них, как на дураков.
– А где ты его сегодня оставил?
– Да где же его оставишь то? Тут он, со мной, конечно.
В этот момент я чуть не поперхнулся дымом:
– Как это тут?
– Ну так, вон в корзинке и спит. Пора уже, наверное, и вытряхивать его оттуда: Банни, вылезай, хватит валяться!
Я неотрывно смотрел на корзинку – она слегка зашаталась, упала на бок, и, точно – на траву выскочил пуду-буду собственной персоной. Увидев меня, замер, подняв уши двумя колышками вверх.
– Сейчас, обвыкнется немного, потом подскочит.
– Питер, ты ведь мне сказал, что на пикник еду приготовил в корзине?
– Мистер Влад, вы просто не знаете кроликов, про них нельзя говорить в третьем лице, если бы я начал вам объяснять, что он в корзине спит, он бы нам не дал спокойно до места дойти, начал бы вылезать и возмущаться, прыгал бы где-нибудь в траве, и лез в ноги. Достал бы, это точно. А так – мы с вами спокойно дошли и разместились. И к обеду я взял что поесть – крекеры и паштет гусиный в банках. Вполне хватит. Кофе тоже есть. А что ещё нужно? Нож ваш любимый с вами?
– Конечно, Пит.
– Ну вот и отлично. Давайте тогда перекусим?